• ООО «Русь-Турбо» является независимой компанией, осуществляющей сервис газовых и паровых турбин, комплексный ремонт, восстановление и техническое обслуживание основного и вспомогательного оборудования тепловых электростанций.

    Реклама. ООО «Русь-Турбо», ИНН 7802588950
    etid: 4CQwVszH9pWwoWP4UE3
    Узнать больше
  • Отечественный инфраструктурный софт для нефтегаза. Комплексный подход от ГК «АСТРА»
    27 марта 2024
    Фото: freepik.com

    Импортозамещение программного обеспечения для промышленности: что сделано за два года? Часть 2

    Об импортозамещении отраслевого ПО много говорили и до 2022 года, однако именно санкции дали толчок этой работе. В первой части статьи мы узнали о том, каких результатов уже удалось добиться российским IT-компаниям. Но вопросы остаются. Готовы ли заказчики вкладываться в разработку новых продуктов? Какова здесь роль государства? И когда стоит ждать результатов? Ищем ответы вместе с экспертами отрасли.

    Инвестиции в разработку программного обеспечения

    Разработка специализированного ПО — сложная задача, которая требует серьёзных инвестиций.

    «Инженерное ПО крайне разнообразно. Есть области, где нам предстоит конкурировать или импортозамещать софт, ставший отраслевым стандартом, за которым стоят 30 лет накопленной экспертизы и огромные инвестиции в разработку. Даже если уже известна лучшая практика, это ещё не значит, что разработка будет недорогой и быстрой.

    Например, есть прецедент, когда производство заменителя эталонного международного ПО по стоимости превзошло 1 млрд руб­лей. Поэтому появился новый формат: несколько крупных заказчиков объединяются в консорциум и инвестируют в производство отечественного решения по типу заказной разработки вместо покупки лицензий», — рассказывает Андрей Заров.

    И всё же в случае с отраслевым ПО сложно рассчитывать на успех без тесного взаимодействия с заказчиком. Однако на поверку оказалось, что нефтегазовые компании не всегда готовы вкладываться в разработку новых продуктов, а если и делают это, то с оговорками.

    «На самом деле, заинтересованность со стороны нефтяных компаний в привлечении собственных ресурсов достаточно низкая, затраты в полном объёме возлагаются на разработчика, который к тому же несёт на себе все риски», — комментирует положение дел Анатолий Галкин.

    И в компании «Сафротех» невысоко оценивают готовность бизнеса оплачивать создание нового софта.

    «Могу сказать по собственному опыту: к сожалению, мы пока не видим инструментов и механизмов, при которых заказчики инвестировали бы в разработку отечественного программного обеспечения. Реалии показывают, что необходимо рассчитывать только на себя», — говорит Роман Сафронов.

    В свою очередь, Сергей Михайлин отмечает, что заказчики заинтересованы в создании отечественных продуктов и активно инвестируют в подобные проекты. Но здесь есть нюанс.

    «Как правило, такие инвестиции нацелены на создание внутреннего продукта для собственных проектов и решения задач конкретного предприятия. Это рождает продукт для определённого заказчика, а не для открытого рынка. В этом есть опасность.

    Путь истинного производителя ПО иной. Продукт надо не только создать, но и постоянно сопровождать: вывести на рынок, систематически заниматься маркетингом, проводить регулярные обновления, обеспечивать хорошую техподдержку, налаженное обучение и другое.

    Это требует другой постановки задачи и другой структуры предприятия, равно как и другого подхода к инвестициям. Например, нужно делать регулярные отчисления на постоянные НИОКР и мониторинг рынка, устранение ошибок и добавление новых функций, развитие сбытовой структуры и структуры сопровождения и многое другое. Не все могут себе позволить такой бизнес-план», — говорит г-н Михайлин.

    Впрочем, не все эксперты настроены столь скептически по отношению к готовности заказчиков инвестировать в разработку. Есть и обратные примеры.

    «Промышленные корпорации сегодня всё чаще вкладываются не только в собственную, внутреннюю разработку, но и в создание совместных с российскими производителями ПО решений. В нашем портфолио несколько таких проектов, в результате которых созданы программы, готовые к тиражированию и внешнему использованию», — отмечает Михаил Бочаров.

    «Спрос на инженерное ПО продолжает расти, и многие компании готовы инвестировать в разработку качественного отечественного программного обеспечения (создаются консорциумы). Тенденции показывают, что инвестиции в разработку инженерного ПО востребованы, особенно в контексте цифровой трансформации и современных технологий», — добавляет Николай Митрохов.

    С тем, что компании готовы платить за российское ПО, согласен и Александр Смоленский. Однако и разработчики должны не сидеть сложа руки, а активно заниматься поиском новых рынков сбыта.

    «Нужно понимать, что наш рынок слишком мал, чтобы предложить конкурентные цены для некоторых продуктов мирового класса. Необходимо выходить на рынки дружественных стран, иначе мы поставим крупных потребителей перед выбором: переплачивать или отказаться от ряда инноваций. Много лет альтернативы промышленному инженерному ПО просто не было, она начала появляться сейчас. И здесь у нас действительно есть шанс занять некую долю на международном рынке», — считает г-н Смоленский.

    Фото: ntc.gazprom-neft.ru

    Роль государства: стоит ли бояться монополии на рынке?

    Впрочем, помимо крупных заказчиков, на этом рынке есть ещё один игрок — государство. Нефтегазовая отрасль относится к стратегическим, а значит, вопрос импортозамещения отраслевого ПО находится под пристальным контролем со стороны российских властей. Так, в РФ создано 33 индустриальных центра компетенций (ИЦК), включая профильный «Нефтегаз, нефтехимия и недропользование».

    «Государство оказывает существенную поддержку бизнесу в рамках импортозамещения и регулирует рынок за счёт нормативных постановлений. Это стимулирует крупных заказчиков быстрее переходить на отечественный софт. Правительство РФ выбрало около 200 особо значимых проектов по разработке российского промышленного программного обеспечения, а общий объём финансирования этих проектов составит более 230 млрд руб­лей.

    Большая часть этой суммы будет идти на частные инвестиции, что является важным сигналом для развития отечественной IT-индустрии. Кроме того, будет дополнительно выделено более 25 млрд руб­лей в виде грантов из бюджета. Всё это поможет стимулировать разработку и внедрение отечественного ПО на предприятиях», — перечисляет Денис Мариненков.

    С тем, что роль государства в импортозамещении цифровых решений остаётся ведущей, согласен и Михаил Бочаров. По его словам, одной из важнейших функций ИЦК является анализ запросов российского рынка и их сопоставление с проектами, которые заявляются на грантовую и иную поддержку. Всё это помогает ускорить процессы импортозамещения, а также предотвратить неэффективные бюджетные расходы.

    Понятно, что подобное внимание со стороны государства может серьёзно ускорить процесс импортозамещения. Однако есть здесь и свои «подводные камни».

    «Государство играет важную роль в процессе импортозамещения, поощряя развитие отечественных технологий и производства. Меры господдержки, такие как создание институтов компетенций, могут способствовать развитию индустрии и содействовать переходу к новым технологиям.

    Однако есть опасность монополизации рынка и застоя в инновациях, если подобные объединения не будут контролироваться соответствующим образом. Поэтому важно соблюдать прозрачность, конкурентные принципы и учитывать интересы разнообразных участников рынка при поддержке отрасли исследований и разработок», — предостерегает Николай Митрохов.
    О важности свободы для разработчиков говорят и в компании «Сафротех».

    «Безусловно, государство даёт всё больше мер и инструментов поддержки, которыми можно эффективно пользоваться для повышения скорости и эффективности развития бизнеса. Так, индустриальные центры компетенций призваны обеспечить переход на отечественные технические решения в ключевых отраслях экономики, заместив зарубежные отраслевые цифровые продукты.

    С одной стороны, такое импортозамещение выгодно для российского бизнеса технологий, но с другой, как я считаю, у компаний должен быть выбор, они должны самостоятельно принимать решение, чем им пользоваться при построении своей работы и бизнес-­процессов, а чем — нет», — полагает Роман Сафронов.

    Анатолий Галкин высказался по этому вопросу ещё жёстче.

    «Существующая точечная поддержка со стороны государства приводит к монополизации рынка российского софта. Требуется дополнительная площадка по развитию стартапов под текущие вызовы предприятий, обучению передовому опыту зарубежных решений, развитие кадрового резерва разработчиков с общеобразовательных учреждений», — считает директор ООО «ЭЛКАМ».
    Риски другого рода видят в ГК «Цифра».

    «ИЦК — это действительно мощный инструмент, вопрос в том, что пока внутри ИЦК финансовую поддержку получают конечные заказчики, а не разработчики. Соответственно, есть риск, что ИТ-компании будут делать не лучшее в своём классе ПО, а прямое импортозамещение зарубежного ПО для клиентов, которые привыкли к определённому набору функционала и хотят его повторить.

    Важно создавать новое широко применяемое ПО, развивать современные технологии, а не копировать то, что уже есть. Если поддержку в рамках ИЦК смогут получать также отечественные разработчики, то мы сможем избежать этих рисков», — предлагает Александр Смоленский.

    Впрочем, не все эксперты видят в подобном вмешательстве опасность.

    «Государство сейчас активно стимулирует переход на отечественные продукты и как «регулятор», и как инвестор. Это не может привести к монополизации, так как рынок сейчас далеко не насыщен и многие пытаются занять новые ниши, предлагая новые отечественные продукты. Кто‑то ушёл немного вперед, но до монополизации ещё далеко.

    ИЦК активно помогают такому развитию. Но результат их работы больше должен состоять в том, чтобы сформировать общие требования к продукту, создать стандарт, определить общую архитектуру, интерфейсы связи и прочее», — комментирует ситуацию Сергей Михайлин

    В свою очередь, Михаил Бочаров полагает, что рынок российского ПО сейчас находится в стадии становления, и есть все предпосылки к тому, что в нём одинаково активно будут участвовать и крупные игроки, и партнёрские объединения, и небольшие компании.

    Когда ждать результатов?

    Год назад, мы спросили у экспертов, сколько займёт процесс импортозамещения отраслевого ПО. Большинство ответило, что 3–5 лет. Изменились ли эти цифры сейчас? Не произошло ли «сдвигов вправо»? Или по каким‑то позициям удалось выйти на опережающий график?

    «Бесконечным» процесс импортозамещения отраслевого ПО назвал Роман Сафронов.

    «Мы видим, что в последние годы данный процесс ускорился, однако не исключаю, что такое впечатление может создавать лишь новостной фон, а не реальная действительность. Мы, как разработчики, конечно, видим те перспективы, которые открываются на рынке, но стоимость разработки, к сожалению, даёт свои ограничения по срокам создания продукта и дальнейшего его внедрения», — комментирует положение дел коммерческий директор «Сафротех».

    Конечно, идеал недостижим, однако какие‑то, пусть и приблизительные сроки назвать всё же можно.

    «Импортозамещение промышленного ПО, по нашим оценкам, может занять ещё 2–4 года. Для каждой конкретной компании сроки могут варьироваться, ведь интеграция решений зависит от общей цифровизации предприятия и бюджетов на инновационное развитие. Поэтому кто‑то сможет завершить эту задачу быстрее, а кому‑то потребуется гораздо больше времени.

    Эти факторы учитывают и вендоры. Сегодня на рынке есть не только кастомизированные варианты ПО, но и готовые решения для интеграции, которые можно установить гораздо быстрее и освоить примерно за полгода», — говорит Денис Мариненков.

    Николай Митрохов согласен с тем, что в среднем сроки импортозамещения отраслевого ПО остались в диапазоне 3–5 лет.

    «Сдвиги вправо по срокам могут иметь место из-за различных факторов, таких как технические сложности, финансовые ограничения или изменения в планах развития отрасли. В то же время некоторые компании могут выйти на опережающий график благодаря эффективному управлению проектами, технологическим инновациям и другим факторам», — отмечает представитель NAUKA.

    Фото: ntc.gazprom-neft.ru

    Реалистичными сроки в 3–5 лет считает и Михаил Бочаров. А вот ускорить переход на отечественный софт будет непросто, полагает эксперт.

    «Учитывая сегодняшние непростые внешнеэкономические и внешнеполитические условия, ресурсоёмкость создания и перехода на российское ПО, неоднородность технологической готовности российской промышленности и бизнеса, говорить об ускорении процесса пока рано.

    Однако в последнее время в процесс включаются не только производства и разработчики, но и вузы и научные объединения, так что, возможно, 2024 год создаст позитивные поводы для новых прогнозов», — заключает г-н Бочаров.

    В свою очередь, Анатолий Галкин считает эти цифры справедливыми для рынка в среднем. Но если говорить про передовые технологии, которые будут превосходить зарубежные решения, то здесь нужна долгосрочная стратегия на 10–15 лет, считает эксперт.

    Об этом же говорил заместитель декана экономического факультета МГУ Александр Курдин на онлайн-­конференции DIGITAL Oil & Gas.

    «В 2022 году доля отечественных IT-продуктов у нефтегазовых предприятий составляла около 30%. Это уже хороший результат, но сейчас были собраны «низко висящие плоды», то, что заменить было довольно просто, а дальше темпы, наверное, будут снижаться, и, честно, уверенности, что мы до 80% дойдём, не так много. С другой стороны, у нас есть разработки из стран, которые не являются недружественными.

    Надеюсь, что мы не полностью откажемся от тех технологий, которыми пользуются западные компании. Сохранятся возможности дальнейшего сотрудничества и будут найдены совместимые решения, которые в дальнейшем, когда все геополитические проблемы будут преодолены, позволят успешно их интегрировать», — считает учёный.

    Свои сроки называет и Александр Смоленский.

    «Если мы говорим об уже зрелых решениях, то процесс импортозамещения может длиться ещё 3–5 лет. Так называемые цифровые двой­ники конкретных производственных процессов можно передавать в промышленную эксплуатацию через 2–3 года после начала разработки. Но, чтобы „насытить” их функционально, так, чтобы они приносили существенную пользу для технологических процессов, понадобится, скорее, 6–7 лет.

    Если заданный высокий темп отечественных разработок и внедрений сохранится, то к 2030 году полный комплекс инженерного, технологичного ПО будет в промышленной эксплуатации у большинства крупных российский предприятий», — полагает представитель ГК «Цифра».

    По словам Андрея Зарова, в некоторых случаях задачи решены или почти решены. Но где‑то объём инвестиций и сложность отодвигают сроки.

    «3–5 лет — это нормальная усреднённая оценка. Сдвиги сроков вперед возможны по множеству причин, а опережение графика разработки всё же не характерно для крупного отраслевого ПО. Мы в IBS придерживаемся календарного плана. Ещё многое предстоит сделать, и есть перспективные идеи, которые лишь отчасти появились из-за необходимости обеспечения технологической независимости. Самое интересное впереди», — резюмирует эксперт.

    Слово экспертам

    Денис Мариненков, генеральный директор ООО «Бимэйстер Инжиниринг»

    Денис Мариненков, генеральный директор ООО «Бимэйстер Инжиниринг»
    Денис Мариненков, генеральный директор ООО «Бимэйстер Инжиниринг»

    «Не все иностранные вендоры покинули российский рынок, есть и те, кто остался и сохранил свои представительства. При этом многие из них работают по краткосрочным договорам, отсюда проблемы с лицензиями. То есть при отказе на продление происходит их полная блокировка. Это является серьёзным фактором риска для компаний, которые продолжают работать на базе иностранного софта».

    Роман Сафронов, коммерческий директор ООО «Сафротех»

    «Конечно, специального ПО, решающего узкий спектр задач на высоком уровне, в РФ гораздо меньше, чем за рубежом. Но сейчас в связи с непростой геополитической обстановкой на российском рынке появились определённые сложности с доступом к международным технологиям и разработкам, а также к наиболее продвинутому программному обеспечению. Мы физически отрезаны от иностранного софта, вследствие чего локальные разработчики могут наконец демонстрировать свою имеющуюся квалификацию и соответствующий профессионализм.

    Роман Сафронов, коммерческий директор ООО «Сафротех»
    Роман Сафронов, коммерческий директор ООО «Сафротех»

    Николай Митрохов, директор по развитию ООО «Наука» (NAUKA)

    Николай Митрохов, директор по развитию ООО «Наука» (NAUKA)
    Николай Митрохов, директор по развитию ООО «Наука» (NAUKA)

    «На текущий момент разработка отечественного ПО находится на разных стадиях. В некоторых отраслях уже произошли значительные прорывы во внедрении российских решений. Это может быть связано как с государственной поддержкой, так и с активной работой частных разработчиков. Есть и такие отрасли, где отечественное ПО находится на начальной стадии разработки, когда только формируются идеи и концепты новых программных продуктов. То есть исследования проводятся, и разрабатываются первые прототипы.

    В других случаях продукты уже находятся на стадии опытно-­промышленных испытаний, где их проверяют на работоспособность, надёжность и соответствие требованиям. Также имеются отечественные разработки, которые уже прошли испытания и находятся на стадии внедрения. Они активно используются в различных отраслях и успешно конкурируют с импортным ПО. Конечно, процесс создания отечественного ПО является динамичным и разнообразным, но отмечу, что на текущий момент в основе всех разработок и внедрений лежат open source проекты».

    Сергей Михайлин, архитектор решений департамента нефти и газа ООО «Группа «Рексофт»

    «Если говорить о сроках, то для покрытия 80% необходимых функций отраслевого ПО остаётся актуальным горизонт в 3–5 лет. Общий тренд развития здесь положительный: постоянно появляются стартапы, рождаются новые продукты в недрах крупных отечественных ИТ-компаний.

    Но, если вспомнить принцип Парето, оставшиеся 20% — это как раз самые сложные и наукоёмкие продукты. Здесь потребуется больше времени и ресурсов, но рано или поздно они тоже появятся».

    Сергей Михайлин, архитектор решений департамента нефти и газа ООО «Группа «Рексофт»
    Сергей Михайлин, архитектор решений департамента нефти и газа ООО «Группа «Рексофт»

    Андрей Заров, руководитель группы разработки отраслевых продуктов ООО «ИБС»

    Андрей Заров, руководитель группы разработки отраслевых продуктов ООО «ИБС»
    Андрей Заров, руководитель группы разработки отраслевых продуктов ООО «ИБС»

    «Меры государственной поддержки расширяются, в том числе благодаря развитию отраслевых институтов. Летом 2022 года по поручению правительства было создано 35 индустриальных центров компетенций (ИЦК), куда входит и группа компаний IBS. ИЦК делают важную работу.

    Они определяют карту производственных и бизнес-процессов своей области, обобщают существующие разработки различных производителей ПО — условно говоря, делают утверждённый API-протокол между заказчиком и разными подрядчиками. Все участники понимают задачи заказной разработки или отраслевого софта одинаково. Ни о каком застое технологий или монополизации рынка речи не идёт».

    Александр Смоленский, директор нефтегазового направления ГК «Цифра»

    «Какое‑то количество иностранных вендоров осталось на российском рынке, но в нефтегазе оно совсем небольшое.

    Есть компании, которые остаются на ПО западных вендоров и будут на нем оставаться до тех пор, пока не увидят по-настоящему устраивающие их альтернативы, не убедятся, что их коллеги успешно внедрили российские решения, или пока государство не обяжет.

    Александр Смоленский, директор нефтегазового направления ГК «Цифра»
    Александр Смоленский, директор нефтегазового направления ГК «Цифра»

    При этом они понимают, с какими существенными рисками остаются: отключение этого ПО вендором или отсутствие жизненно важных обновлений и уязвимость с точки зрения информационной безопасности. Киберпреступники могут даже получить советы, как атаковать это ПО из недружественных стран».

    Анатолий Галкин, директор ООО «ЭЛКАМ»

    Анатолий Галкин, директор ООО «ЭЛКАМ»
    Анатолий Галкин, директор ООО «ЭЛКАМ»

    «Основные векторы развития ИТ в нефтяной отрасли направлены на автоматизацию текущих процессов и проведение моделирования работы эксплуатации месторождений и создания цифровых двой­ников.

    Большинство узкоспециализированных инженерных решений уже находятся в стадии промышленного использования, например программное обеспечение для подбора нефтедобывающего оборудования под конкретные скважинные условия, для удалённого мониторинга скважин и управления ими».

    Михаил Бочаров, заместитель генерального директора АО «СиСофт Девелопмент»

    «Поскольку часть компаний, всё ещё использующих западные решения, параллельно начинают тестировать и внедрять российские продукты, дать точную оценку объёму действующего ПО поставщиков из недружественных стран сложно. Риски его использования сегодня никуда не делись.

    Это и возможность одностороннего прекращения работы ПО, и отсутствие техподдержки, и риски сохранности данных, особенно в форматах, которые в дальнейшем потребуют дополнительных усилий для создания совместимости с решениями российских разработчиков, и многое другое».

    Михаил Бочаров, заместитель генерального директора АО «СиСофт Девелопмент»
    Михаил Бочаров, заместитель генерального директора АО «СиСофт Девелопмент»

    Текст: Андрей Халбашкеев

    Этот материал опубликован в журнале
    Нефтегазовая промышленность №2 2024.
    Смотреть другие статьи номера
    Цифровые решения
    Рекомендуем
    Подпишитесь на дайджест «Нефтегазовая промышленность»
    Ежемесячная рассылка для специалистов отрасли
    Популярное на сайте
    Новости
    Новости и горячие темы в нашем телеграм-канале. Присоединяйтесь!