• Реклама. ООО «Абсолютные решения», ИНН 7714570383
    erid: F7NfYUJCUneLrWggEcWU
    Узнать больше
  • Нефтепереработка в поисках стратегии развития
    4 сентября 2023
    Фото: salavat-neft ekhim.gazprom.ru

    Нефтепереработка в поисках стратегии развития

    Несмотря на санкции, нефтегазопереработка и нефтегазохимия закончили прошлый год с хорошими показателями. По ряду ключевых пунктов даже удалось добиться прироста. Однако эксперты уверены: расслабляться рано. Успехи во многом достигнуты на старом багаже, и отрасли ещё предстоит решить ряд задач по импортозамещению и модернизации производства. О том, что хорошо в российской нефтегазопереработке, а что — ещё не очень, представители бизнеса и науки говорили на Российском нефтегазохимическом форуме в Уфе.

    Цифры внушают оптимизм

    Если оценивать 2022 год в цифрах, то можно опираться на два источника. Первый — это статья вице-премьера Александра Новака в журнале «Энергетическая политика». Высокопоставленный чиновник отмечает, что общий объём переработки нефти в России в 2022 году по сравнению с 2021 годом снизился на 3% и составил почти 272 млн тонн. Зато выросла глубина переработки (с 83,4 до 83,9 %) и, как следствие, выпуск бензина на 4,4%, до 42,6 млн тонн, и дизельного топлива на 6%, до 85 млн тонн. Эксперты агентства Argus полагают, что это связано с ростом загрузки нового оборудования, которое приобрели НПЗ в рамках модернизации за последние годы. Другие цифры приводит Росстат.

    По его данным, объёмы переработки нефти в стране снизились на 3,4%, до 275,54 млн тонн. Однако государственные статистики согласны с аналитиками Минэнерго в том, что производство топлива выросло. По бензину увеличение составило 3,9%, до 41,33 млн тонн, а по дизельному топливу на 7,2%, до 80 млн тонн.

    Подобное расхождение, по мнению специалистов агентства Argus, не должно слишком удивлять: данные Росстата и Министерства энергетики исторически не совпадают. Главное в данном случае то, что оба ведомства одинаково оценивают ключевые тренды развития отрасли.

    Позитивный тренд сохранился и в первом квартале 2023 года. Так, по словам генерального директора Ассоциации нефтепереработчиков и нефтехимиков Александра Иванова, в первом квартале 2023 года объёмы первичной переработки нефти выросли на 1,4% и составили 69,98 млн тонн.

    Также увеличились объёмы по каталитическому крекингу (на 3%), гидрокрекингу (1,4%), гидроочистке дизельного топлива (3,3%), каталитическому риформингу (9,3%). Ещё один важный показатель — глубина переработки «чёрного золота» — незначительно снизился с 83,9 до 83,7 %.

    Предприятие Газпромнефть
    Фото: salavat-neftekhim.gazprom.ru

    Импортозамещение с опорой на собственные силы

    Тем не менее не стоит думать, что санкции никак не сказались на развитии отрасли.

    «То, что мы отработали первый квартал хорошо, не значит, что санкции не действуют. Они рассчитаны на длительный срок и являются сильным ударом по всей системе. Ведь те, кто вводят санкции, то есть американцы, очень хорошо знают нашу нефтепереработку, так как они её сами в своё время построили и придумали все нормативы», — считает заведующий кафедрой технологии переработки нефти РГГУ им. Губкина Владимир Капустин.

    Здесь мы подходим к больному вопросу — зависимости отрасли от зарубежных технологий и оборудования.

    В целом, если говорить о рынке нефтегазового оборудования, доля импорта по-прежнему составляет 40%, отметил ведущий аналитик АНО «Агентство по технологическому развитию» Павел Сладков. Понятно, что эта цифра — «средняя температура по больнице», в отдельных сегментах она может быть больше или, наоборот, меньше.

    «На данный момент из 17 установок каталитического крекинга в стране 7 импортные. Из 7 установок алкилирования — 3 импортные. В последние годы шёл активный переход на зарубежные технологии. Например, те же катализаторы гидрокрекинга остаются на 100% импортными. Нет американских катализаторов — переходят на китайские, на российские пока особого желания переходить нет.

    Как себя поведёт российский катализатор, который будут производить в Уфе, пока неясно. Из самых важных достижений 2022 года — две установки. Одна из них — VCC для перегонки тяжёлых остатков нефти. Были проблемы, но сейчас работает хорошо. Второй момент — были проведены испытания установки гидроконверсии гудрона в «Танеко», правда, установка маленькая — 50 тыс. тонн. Результаты опытно-промышленных испытаний показали, что она нуждается в доработке», — прокомментировал положение дел Владимир Капустин.

    «НПЗ нужно ускорить работу по обмену опытом по замене запасных частей и материалов, изготовленных на отечественных машиностроительных предприятиях. Также нужна единая база, доступная для всех НПЗ. Сейчас стоит вопрос о легализации ремонта иностранного оборудования с применением неоригинальных запчастей и комплектующих, изготовленных с помощью обратного инжиниринга. Пора разрешить их использование на государственном уровне», — добавил Александр Иванов.

    Понятно, что на разработку собственных продуктов требуется время. Пока же российские предприятия переключились на поставки из дружественных стран. Масштабы этого явления позволили генеральному директору ОАО «Татнефтхиминвест холдинг» Рафинату Яруллину говорить о том, что в России произошло «ирано-китайское импортозамещение». Впрочем, есть уникальные вещи, которые не найдёшь даже в Китае.

    На выручку предприятиям приходит параллельный импорт. Однако компании столкнулись здесь с неожиданными сложностями. Оборудование, которое завозится по параллельному импорту через третьи страны, как правило, не имеет технической документации, и Ростехнадзор не даёт разрешения на его ввод в эксплуатацию.

    Как выяснилось в ходе обсуждения, ситуация не является безвыходной: здесь можно использовать существующую процедуру восстановления технических паспортов. Конечно, сделать это непросто: нужно провести опытно-промышленные испытания и найти соответствующий сертифицирующий орган. Впрочем, и позицию Ростехнадзора можно понять, ведь нефтегазовое и нефтехимическое производство являются зоной повышенной опасности.

    Против чрезмерной либерализации законодательства, связанного с параллельным импортом, выступают и по той причине, что это ещё усложнит задачу российских производителей. Тем более что на пути импортозамещения в нефтепереработке и нефтехимии и так достаточно препятствий.

    Например, сейчас в стране остро стоит потребность в продукции малотоннажной химии. Однако здесь из-за малых объёмов сложно добиться прибыли, в результате инвесторы не спешат вкладываться в это направление. Схожая проблема сложилась и в отношении катализаторов.

    Здесь заводы-производители сосредоточились на высокомаржинальных продуктах, тогда как для полноценного развития отрасли нужная вся линейка ускорителей, в том числе и узкоспециализированных, которые выпускаются малыми партиями.

    В этой ситуации представители отрасли с надеждой смотрят на государство в расчёте на льготы и субсидии. Однако сейчас бюджет переживает сложные времена. В этих условиях вероятнее ужесточение налоговой нагрузки, чем введение новых мер поддержки. Так что нефтеперерабатывающим и нефтехимическим предприятиям лучше строить планы «импортозамещения с опорой на собственные силы».

    Предприятие Газпромнефть
    Фото: salavat-neftekhim.gazprom.ru

    Быть или не быть модернизации НПЗ?

    Импортозамещение — это задача сегодняшнего дня. Однако если смотреть на перспективу, то приоритетным становится вопрос технологического перевооружения НПЗ. Напомним, что программа модернизации отечественных нефтеперерабатывающих заводов идёт уже несколько лет. Старт этой работе был положен ещё в 2011 году, наконец, в 2021 году Минэнерго заключило
    с 14 российскими НПЗ инвестиционные соглашения. Было заявлено, что в модернизацию и строительство новых мощностей с 2019 по 2026 годы будет вложено около 800 млрд рублей. В новую программу вступили заводы «Роснефти», «Газпром нефти», группы «Сафмар», «Татнефти»,

    «Газпром нефтехим Салават» и независимые Новошахтинский, Антипинский и Ильский НПЗ. При этом ни для кого не было секретом, что модернизация заводов должна была осуществляться преимущественно за счёт иностранных технологий и оборудования.

    По данным Eurostat, российские компании до введения санкций ежегодно закупали в странах Европы установки для нефтепереработки в среднем на 1,3 млрд евро. Крупнейшим поставщиком была Германия, из которой в Россию ввозили технику общей стоимостью 670 млн евро. Теперь продукция таких брендов, как ThyssenKrupp, BASF, Siemens, стала недоступной.

    Встаёт вопрос: нужно ли вкладываться в модернизацию НПЗ? Владимир Капустин уверен: если этого не делать, через 3-5 лет в отрасли случится коллапс. Не собираются отказываться от взятого ранее курса и сами нефтегазовые компании.

    «Если говорить о нашей компании, то большинство строек на Московском и Омском НПЗ завершены или близки к завершению, рисков по технологиям нет. Но в целом по отрасли много НПЗ, где вторичные процессы не выстроены, и здесь вопрос стоит ребром. В начале 2022 года контракты с американскими, европейскими лицензиарами уже были практически подписаны, теперь нужны российские технологии. Но прошедший год показал, что, например, присадки мы можем производить сами.

    Ничего особенного здесь нет. Сейчас у нас в работе 6 проектов по присадкам и 13 проектов по малотоннажной химии. Добавилось много работы по лицензированию технологий. За год нашли много компаний по стране, у которых есть технологии, которые можно довести до внедрения», — прокомментировал ситуацию генеральный директор ООО «Газпромнефть — Промышленные инновации» Михаил Никулин.

    О том, что это не просто слова, говорят и цифры. В 2022 году объём инвестиций в модернизацию НПЗ и НХЗ составил 100 млрд рублей. Годом ранее эта сумма составила 136 млрд рублей. То есть объёмы финансирования не «обвалились». В то же время сложности остаются.

     Газпромнефть
    Фото: salavat-neftekhim.gazprom.ru

    «Практически по всем объектам, ввод которых планировался в 2023 году, произойдут задержки, потому что почти на всех предприятиях использовались западные проекты и оборудование. Сейчас требуется время для перепроектирования и «перезаказа» в первую очередь нестандартного оборудования.

    Поэтому Ассоциация нефтепереработчиков и нефтехимиков выступила с инициативой о сдвиге сроков реализации программы на 2 года в связи с поиском новых технологических решений в условиях санкций», — рассказал Александр Иванов.

    Это решение позволит НПЗ сохранить субсидии и сохранить динамику ввода новых мощностей для повышения глубины и выхода светлых продуктов. Сейчас в рамках соглашения с Минэнерго реконструкция и строительство новых объектов стимулировались через обратный акциз. Его сумма за прошлый год, по данным Ассоциации нефтепереработчиков и нефтехимиков, превысила 1,6 трлн рублей. Сумма весомая, однако в качестве форс-мажора выступили санкции.

    «1 трлн рублей уже отдано «в долг», потому что, к сожалению, наши специалисты по модернизации закупили импортное оборудование. Если правительство не продлит действие обратного акциза, многие заводы станут банкротами», — отметил Владимир Капустин.

    Не пойдёт ли государство на отмену обратного акциза? А если он сохранится, то на каких условиях? Все эти вопросы обрели актуальность в новых реалиях. А от ответов на них по большому счёту зависит судьба проектов модернизации российских НПЗ.

    Санкции вопреки пессимистичным прогнозам не вызвали обвала объёмов производства нефтехимической продукции, а по некоторым показателям даже был достигнут прирост. Тем не менее, вопрос технологической зависимости от импортных решений по-прежнему остаётся на повестке дня. Достаточно сказать, что Ассоциация нефтепереработчиков и нефтехимиков просит о переносе сроков сдачи объектов в рамках модернизации НПЗ на 2 года как раз из-за того, что нужно время для перепроектирования и «перезаказа» оборудования.

    Газпромнефть
    Фото: salavat-neftekhim.gazprom.ru

    Наращивать нельзя оставить. Сколько нефтепродуктов нужно стране?

    Впрочем, рассуждая о будущем, не стоит ограничиваться только модернизацией НПЗ. Не менее важно, по мнению экспертов, то, что в отрасли фактически отсутствует единая стратегия развития и чёткое понимание целей. После того как российские углеводороды попали под санкции, казалось, что развитие нефтепереработки и нефтехимии — наиболее очевидный выход из ситуации.

    Однако думать, что безудержное наращивание мощностей НПЗ и НХЗ станет панацеей для отрасли, будет ошибкой. Из-за малой ёмкости внутреннего рынка продукты нефтепереработки всё равно поставлялись на экспорт. То есть вопрос с поиском новых рынков сбыта всё равно остаётся на повестке.

    «Цель санкций была не в том, чтобы заставить Россию отказаться от добычи нефти, а в том, чтобы вынудить её продавать по низкой цене. То же самое с нефтепереработкой. Снижения объёмов здесь не произошло, но теперь вопрос: куда экспортировать дизель? Ещё пример: мы произвели 40,6 млн тонн топливного бензина и 23,8 млн тонн бензиновых фракций, которые идут на экспорт.

    И это тоже будет тормозить переработку. Или до этого мы 18 млн тонн прямогонного бензина отправляли в Европу на переработку, а теперь это направление тоже закрыто», — перечисляет Владимир Капустин.

    Получается, не исключено, что по некоторым направлениям нефтепереработчикам нужно не наращивать, а сокращать выработку. К сожалению, пока ни у кого в стране нет чёткого понимания, какие именно нефтепродукты нужны и в каком объёме, констатировали участники дискуссии в Уфе. Тем не менее общий тон высказываний на форуме был оптимистичным.

    «Ушли лицензиары, и технологии стали либо недоступными, либо лимитированными. Во многих отраслях мы наблюдаем дефицит спецхимии, так как все работали на импортном сырье. Изменился и рынок нефтепродуктов: экспорт лимитирован, пора переходить на производство чего-то ещё кроме топлив.

    И это лучшее окно возможностей для запуска собственных технологий. Теперь наша технологическая программа развития включает в себя не только нефтепереработку и катализаторы, но и нефтехимию, специальную и малотоннажную химию, базовые полимеры. Наша цель — в будущем перейти к производству высокомаржинальных продуктов», — отметил Михаил Никулин.

    Прогресс за последний год, действительно, очевиден. Конечно, остаются ещё нерешённые вопросы, но ситуацию нельзя сравнивать с атмосферой неопределённости и даже паники весной прошлого года. Поэтому слова о кризисе как «о времени возможностей» уже звучат искренне, а не как попытка сделать хорошую мину при плохой игре.

    Большинство российских НПЗ введены в строй в 50-60-е гг. прошлого века. Неудивительно, что в начале нового тысячелетия остро встал вопрос износа оборудования. Однако просто поддерживать в рабочем состоянии технику середины прошлого века не представлялось дальновидным решением.

    Необходимо было повысить общий технологический уровень предприятий отрасли с переходом на новые стандарты, повышением глубины переработки нефти и увеличением доли производства светлых нефтепродуктов. Именно это стало главной причиной запуска программы НПЗ в 2011 году.


    Текст: Андрей Халбашкеев

    Этот материал опубликован в журнале
    Нефтегазовая промышленность №3 2023.
    Смотреть другие статьи номера
    Переработка
    Рекомендуем
    Подпишитесь на дайджест «Нефтегазовая промышленность»
    Ежемесячная рассылка для специалистов отрасли
    Популярное на сайте
    Новости
    Новости и горячие темы в нашем телеграм-канале. Присоединяйтесь!