Геологоразведка-2023: итоги и проблемы поиска нефти и газа
Трудноизвлекаемые запасы и новые территории — по-прежнему приоритет в работе Роснедр. Арктический шельф и богатства Восточной Сибири должны стать заделом на будущее, и Роснедра видят своей целью привлечение недропользователей перспективными участками и организацию новых центров нефте- и газодобычи.
Однако сами недропользователи пока предпочитают участки с уже готовой инфраструктурой: они проводят геологоразведку на близлежащих территориях, чтобы в будущем сократить затраты на добычу.
Об итогах года и проблемах геологоразведки, которые обсуждали на коллегии Роснедр, — в нашем материале.
Прирост запасов нефти газа в 2023 году
В 2023 году открыто 43 месторождения углеводородного сырья. Суммарные запасы, поставленные на баланс, составили более 43 млн т нефти, 145 млрд м3 газа, 24 млн т конденсата. Что касается ресурсов, то к ним в этом году добавилось 1,4 млн т жидких углеводородов и 1,6 трлн м3 газа.
Региональными геологоразведочными работами, которые призваны дать первичную информацию о наличии нефти или газа, было охвачено 28 участков. Три территории исследовали с помощью аэрофотосъёмки, 20 охватили сейсморазведкой. Для получения информации велась работа по бурению пяти скважин, однако на «Гыданской 118» случилась авария: из-за смятия колонны работу пришлось прервать, и информацию по глубоким горизонтам получить не удалось.
Средства в геологоразведку вкладывало не только государство, но и частные компании.
Как пояснил на коллегии Роснедр заместитель руководителя Федерального агентства по недропользованию Орест Каспаров, в целом результаты работы следует оценивать как удовлетворительные, но качество запасов неуклонно снижается.
«Обеспеченность газом и нефтью достаточно высокая, но есть ряд рисков для недропользователей: высокая обводнённость, высокая доля трудноизвлекаемых запасов, истощение месторождений, риск недостижения проектного коэффициента извлечения нефти, если не применять специальных мер и не стимулировать налоговыми льготами и НДД», — резюмировал Орест Каспаров.
Приоритетными в прошедшем году были работы на шельфе Арктики, а также исследование Лено-Вилюйской нефтегазоносной провинции. Там видят большой потенциал и уверены, что ресурсы перерастут в запасы. В среднесрочных планах, когда исследования будут закончены, туда должны прийти недропользователи.
«Мы пытаемся привлечь недропользователей в новые нефтегазовые провинции. Это повлечёт за собой строительство портов и терминалов, даст рабочие места. Работа по снятию с недропользователя первоначальных рисков, связанных с региональными, первичными работами на новых площадях, привлечение более серьёзных инвестиций в эти регионы — это задача Роснедр», — разъяснил замруководителя Роснедр.
Непростые аукционы
Соблюсти баланс интересов недропользователей и государства на коллегии Роснедр призвал министр природных ресурсов России Александр Козлов. В частности, он раскритиковал проведение аукционов, 39% из которых признают несостоявшимися из-за отсутствия участников. Поясняя причины такого положения дел, замруководителя Роснедр Орест Каспаров рассказал, что недропользователей представленные участки не интересуют.
«Почему не состоялись 30 аукционов? В основном причины связаны с отсутствием запасов и удалённостью от инфраструктуры. Мы фактически проводим аукционы по участкам с ресурсами, без запасов. А на тех участках, где эти запасы присутствуют, они либо трудноизвлекаемые, либо нерентабельные из-за удалённости», — говорит Орест Каспаров.
«У вас ошибка стратегическая: не должно быть так, что у вас мерило — количество аукционов, — возражает Александр Козлов. — У вас должно быть мерилом количество введённых в оборот участков — вот ваш вклад в развитие страны. А количество аукционов — это процесс, к которому нужно готовиться. Садитесь, работайте, договаривайтесь».
Не интересные недропользователям территории министр природных ресурсов предложил выдавать одним лотом с перспективными участками для кластерного освоения, при условии что они находятся рядом. Либо придержать их до времён, когда эти территории станут востребованными.
В Роснедрах, впрочем, отсутствие интереса к заявкам объясняют механизмом предоставления участков. Сейчас компании могут заявить о желании начать на территории геологоразведку и получить участок без торгов. Однако когда на него появляется второй претендент, получать его придётся по общим правилам, через аукцион и стартовый платёж. А вносить средства компании не готовы, поясняет Орест Каспаров.
«Когда речь заходит об аукционе, надо делать стартовый платёж и нельзя просто бесплатно получить участок, эти авантюристические, назовём их так, компании исчезают, ну а серьёзные ВИНКи и не предполагали заходить на эти участки», — поясняет ситуацию представитель Роснедр.
Изменения в законодательстве, которые необходимы недропользователям
На коллегии ситуацию со стороны ВИНКов представил начальник департамента геологоразведочных работ «Лукойла» Александр Семянов. Он признал, что ресурсная база ухудшается, и всё чаще компаниям приходится работать с ТРИЗ. Для компаний такое положение дел является не слишком благоприятным.
«Сдерживающими факторами являются высокие геологические и экономические риски освоения новых участков. На сегодняшний день приоритетом изучения являются арктические территории Западной и Восточной Сибири, районы с неразвитой инфраструктурой и сложными климатическими условиями, освоение которых в текущих финансово-экономических условиях является высокорискованным и зачастую нерентабельным.
В традиционных старых регионах нефтедобычи перспективными являются проекты, связанные с изучением глубоких горизонтов и поиском месторождения с залежами с низкопроницаемыми коллекторами. Эти проекты также характеризуются высокими геологическими рисками и значительными затратами», — говорит представитель «Лукойла».
Не только добыча нефти из ТРИЗ нуждается в стимулировании со стороны государства, но и разведка таких запасов, считает Александр Семянов. Например, сейчас затраты по геологоразведке не учитываются при расчёте НДД. А это довольно солидная статья расходов, подчеркивает главный геолог «Лукойла».
«Пробурив скважину, сделав сейсморазведку, выкупив лицензию на добычу, при расчёте НДД мы не можем включить затраты на поисковый этап. Это нонсенс!
Мы просим внести в Налоговый кодекс соответствующее изменение. Во всём мире все правительства стимулируют ГРР. Любые поисковые работы — это риск, инвестиции, это серьёзные деньги. Здесь же мы почему-то не можем в НДД включить эти затраты, особенно в труднодоступных регионах», — внёс предложение на коллегии Роснедр Александр Семянов.
Ещё один пункт в законодательстве, который в этом и следующем году рискует осложнить геологоразведочные работы компаний, — это отсутствие возможности их продления на срок до двух лет по истечении базовых пяти лет лицензии, как это было ранее. Этот пункт почему-то не включили в постановление Правительства № 353, рассказывает представитель нефтяной компании.
«Ситуация (необходимость продлить лицензию. — Прим. ред.) зачастую ведь связана не с безалаберностью, а с теми условиями, в которые мы поставлены: это очень сложные бюрократические вопросы, которые мы решаем: по оформлению лицензии, сейсморазведочных работ, проектов по бурению. До трёх лет занимает у нас только оформление проектной документации», — разъясняет Александр Семянов.
Также «Лукойл» просит убрать излишние бюрократические требования при оформлении документов: например, дать возможность вносить изменения в проектно-техническую документацию по письменному заявлению, не переоформляя весь проект.
«Немножко нужно как-то бюрократию сделать разумной», — вздыхает представитель «Лукойла».
