Беспилотники в нефтегазе: когда ждать прорыва?
Объём российского рынка гражданских беспилотников в 2025 году составил 26 млрд рублей, писали «Ведомости». А в 2026 году он может вырасти до 32 млрд рублей и 8 тыс. единиц техники, прогнозируют специалисты Минпромторга. Одним из крупнейших заказчиков выступают предприятия нефтегазового комплекса. Здесь достаточно задач для дронов, однако говорить о настоящем прорыве пока всё же не приходится. Что же сдерживает внедрение БПЛА? И за счёт чего российские компании планируют преодолеть эти барьеры?
БПЛА в нефтегазовой отрасли: на что способна технология?
В первую очередь нужно разобраться, какую пользу дроны могут принести нефтегазовым компаниям. Традиционно их используют для мониторинга инфраструктуры и инспекции объектов. Беспилотники, оснащённые тепловизорами и газоанализаторами, помогают выявлять утечки и повреждения на трубопроводах, выявлять просадки грунта и оползни. Используют летательные аппараты и при обследовании ЛЭП.
При этом операционный директор ООО «Скайер ИТ» (Skyeer) Константин Волковский подчёркивает, что для нефтегаза «БПЛА перестали быть просто „летающими камерами” и превратились в универсальный инструмент для сбора данных ― от разведки до транспортировки».
Они нашли своё применение в геологоразведке и картографировании. В частности, речь идёт об аэрофотосъёмке и создании 3D-моделей месторождений.
«Высокоточные БПЛА создают детальные ортофотопланы и цифровые модели рельефа (ЦМР) территорий для планирования и строительства инфраструктуры. Так, платформу Skyeer IT изначально создавали для мониторинга и аналитики стройки на основе данных с БВС. Такие решения помогают ускорить и упростить задачи расчётов земляных масс, проводить планфактный анализ, дистанционно управлять проектом», ― рассказал Константин Волковский.
Также он отмечает функции мониторинга экологической ситуации и ЧС, патрулирования территорий. Перспективные, но пока менее массовые направления ― это логистика и транспортировка.
«Речь идёт о мелких грузах и образцах. Например, о срочной доставке инструмента или проб грунта с удалённой буровой установки на базу», ― привёл пример операционный директор Skyeer.
Рост популярности беспилотников ― не только российский, но и глобальный тренд. По подсчётам аналитиков Research and Markets, мировой рынок БАС увеличится с $34,82 млрд в 2024 г. до $61,08 млрд в 2028 г. В свою очередь, специалисты Custom market Insight прогнозируют рост до $100,4 млрд в 2032 году.
Экономим деньги с помощью дронов
Важно понимать, что БПЛА в нефтегазовом секторе ― не просто дань моде. Их использование обусловлено в первую очередь экономическими соображениями.
«Облёт территории в сотни гектаров или десятки километров трубопровода занимает часы вместо дней и недель. Таким образом, один оператор с БПЛА заменяет бригады обходчиков, отпадает необходимость в аренде вертолётов (чья часовая стоимость на порядок выше) или автовышек. Важно, что быстрая диагностика позволяет планировать ремонты точечно и предотвращать масштабные аварии, останавливающие производство», ― объяснил г-н Волковский.
Помимо повышения операционной эффективности и сокращения затрат, специалисты Skyeer отмечают повышение уровня промышленной безопасности. Минимизируется нахождение сотрудников на опасных территориях, а раннее выявление проблем позволяет предотвратить аварии до того, как они приведут к человеческим жертвам.
Ещё одно преимущество использования беспилотников заключается в повышении качества и объёма собираемой информации.
«Высокоточные снимки и 3D-модели позволяют проводить удалённые измерения с сантиметровой точностью. Затем полученные данные (например, тысячи снимков труб) можно пропускать через алгоритмы искусственного интеллекта для автоматического выявления дефектов, что исключает человеческий фактор и ускоряет анализ.
Технология продолжает развиваться, и в ближайшей перспективе мы увидим ещё более интегрированные системы, где БПЛА будут работать в автономном режиме, передавая данные напрямую в системы управления активами предприятий», ― рассказал Константин Волковский.
Отрасли нужны правильные законы
Встаёт вопрос: если использование дронов даёт столько преимуществ, почему они до сих пор не получили повсеместного распространения?
Генеральный директор АНО «Платформа Национальной технологической инициативы» Дмитрий Песков, выступая на ПМЭФ‑2025, привёл результаты опроса касательно перспектив технологии. Респондентов спрашивали, «когда станет возможной полностью беспилотная доставка грузов с использованием автономных транспортных средств на земле, воде и в воздухе».
Подавляющее большинство ― 70% ― выбрали вариант «в 2050 году». Ещё 15% сочли, что это произойдёт в 2040 году, 14% ― что в 2030 году. Наконец, 1% опрошенных назвал вариант «никогда». Таким образом, быстрого внедрения беспилотных средств аудитория не ожидает, резюмировал Дмитрий Песков.
Что же мешает развитию БПЛА? По мнению Константина Волковского, здесь нужно говорить не об одном, а о целой группе барьеров, которые взаимосвязаны между собой. Но если расставлять приоритеты, то это в первую очередь нормативно-правовая неопределённость.
«Воздушное пространство над промышленными объектами ― зона строгого регулирования. Получение разрешений на полёты, особенно вблизи критической инфраструктуры, ― это долгий и бюрократический процесс. Отсутствие единых регламентов по использованию БПЛА для, скажем, инспекции резервуара на нефтеперерабатывающем заводе вынуждает компании каждый раз изобретать велосипед и согласовывать его с контролирующими органами», ― отметил г-н Волковский.
Партнёр ООО «Яков и Партнёры» Олег Шендерюк приводит в качестве примера США. Здесь ключевые нормативные акты, регулирующие эту отрасль, появились ещё 10 лет назад. Во многом благодаря этому рынок беспилотников в этой стране вырос с $6 млрд до $20 млрд, а количество операторов, имеющих лицензии на управление БПЛА, составляет уже 800 тыс. человек. По такому же пути идут в Китае, где смягчают регуляторные ограничения.
Однако в России ожидать либерализации законодательства в ближайшем будущем вряд ли стоит. И дело здесь не только в косности чиновников и депутатов. Есть и объективные причины: пока существует риск, что дрон влетит тебе в окно, никто не станет вводить режим открытого неба.
«Если говорить о законопослушных ребятах, которые готовы заявляться и участвовать в этом мониторинге, то здесь проблем нет. Но есть большой риск появления недобросовестных участников воздушного процесса. Всё это может привести к различным эксцессам, например повреждению воздушных судов.
И усилия нужно направить не на усиление контроля за законопослушными участниками, а на выявление несанкционированных хулиганов», ― отметил в своём выступлении на форуме «Нефтяная столица» генеральный директор ООО «Центр беспилотных систем Югры» Артём Пруцкий.
«Чтобы мы перестали бояться БПЛА, мы должны понимать, что небо прозрачно для государства и граждан», ― сказал участникам ПМЭФ заместитель министра транспорта РФ Андрей Никитин.
То есть можно сказать, что проблема не в излишней суровости законов, а в их нехватке. К тому же, по словам доцента Высшей школы экономики Александры Мельниченко, сегодня нормативно-правовая база отличается в разных регионах, и это, безусловно, мешает внедрять технологии.
Об этом же говорят и результаты опроса, презентованного на ПМЭФ‑2025. 51% респондентов отметили, что для перехода от тестирования и использования в рамках экспериментальных правовых режимов к полноценному и массовому внедрению БПЛА нужна система постоянного мониторинга движения всех видов беспилотников с доступом к данным органам власти. Ещё 5% обратили внимание на необходимость сквозной идентификации дронов от производства до эксплуатации.
Через тернии к доверию потребителей
Примечательно, что вторым по популярности вариантом ответа стало «повышение доверия граждан, бизнеса, государства к технологии». Его выбрали 35% опрошенных. О том, что консерватизм руководителей является одним из ключевых барьеров к внедрению БПЛА, говорил и Константин Волковский.
«Технология развивается быстрее, чем внедряется на практике. Часто менеджмент среднего звена, привыкший к традиционным методам, не доверяет данным с дрона. Возникают вопросы: „А как мы это будем вписывать в наши регламенты? Кто будет нести ответственность? Насколько точная и достоверная информация?”. Нехватка внутренних ресурсов для анализа больших данных, которые собирают БПЛА, также приводит к тому, что ценная информация просто ложится мёртвым грузом», ― отметил операционный директор Skyeer.
К этим проблемам Артём Пруцкий добавил сложности с подготовкой кадров.
«Появляется всё больше образовательных программ, но нет единого стандарта. В результате с людьми, которые уже прошли обучение, иногда приходится начинать этот путь фактически с нуля», ― констатировал генеральный директор «Центра беспилотных систем Югры».
При этом Александра Мельниченко отметила, что внимание здесь нужно уделять в первую очередь разработчикам новых продуктов, а не операторам БПЛА. Ни в коем случае нельзя забывать и об организаторах среды ― тех людях, кто будет формировать инновационную политику в этой отрасли, добавила доцент ВШЭ.
«Если резюмировать, то проблема не в одном факторе, а в их комбинации. Успешное внедрение требует не просто закупки дронов, а комплексного подхода: лоббирования чётких правил применения, изменения внутренней культуры и параллельного развития IT-инфраструктуры для работы с цифровыми двойниками», ― заключил Константин Волковский.
Конструкторам есть куда стремиться
Конечно, остаются «узкие места» и в части технологий. Г-н Волковский среди них назвал ограниченное время полёта при сложных погодных условиях (ветре, морозе), необходимость дальнейшей разработки надёжных систем для автономных полетов в замкнутых пространствах (например, внутри резервуара), и вопросы интеграции данных с БПЛА в существующие системы управления активами (ERP, EAM).
Однако на это можно посмотреть и с другой стороны. По словам Александры Мельниченко, точка технологического предела БПЛА ещё не определена, а это значит, что разработчикам есть куда расти.
В связи с этим Артём Пруцкий прогнозирует бурный рост рынка беспилотников в ближайшие 5 лет. В числе ключевых технологических трендов он назвал улучшение характеристик, развитие новых типов БПЛА, интеграцию с искусственным интеллектом, роевое поведение.
Серьёзным толчком к развитию здесь может стать опыт использования дронов в военных целях, когда новые разработки, созданные для нужд Министерства обороны, могут затем применяться в гражданском секторе. В качестве примера Артём Пруцкий назвал доставку малогабаритных грузов в удалённые места.
Дмитрий Песков подчеркнул, что беспилотники нового поколения, помимо того, что летают дальше, выше и быстрее предшественников, должны быстрее принимать решения. А это как раз зависит от мощности их искусственного интеллекта.
В свою очередь, Константин Волковский полагает, что технический прогресс в сфере БПЛА для нефтегазовой отрасли будет развиваться в сторону полной автономии и роения.
«Вместо одиночных дронов мы придём к системам, где несколько аппаратов будут самостоятельно, без оператора, обследовать обширные территории. Они будут сами координировать маршруты и передавать данные в ЦОД», ― объяснил операционный директор Skyeer.
Интеграцию с искусственным интеллектом он также называет в числе ключевых трендов отрасли.
«Ценность будет заключаться не в самом полёте, а в мгновенном анализе информации. БПЛА с ИИ будут в реальном времени выявлять дефекты, прогнозировать износ оборудования и формировать готовые отчёты», ― отметил Константин Волковский.
Наконец, будут появляться гибридные и узкоспециализированные БПЛА, например, для внутренней инспекции резервуаров или подземных коммуникаций. И всё же будущее в Skyeer видят не в конструировании отдельных более мощных устройств, а в создании целостной экосистемы.
Откуда дроны?
Наконец, остаётся ещё один важный вопрос, где изготовлены беспилотники, которые сегодня используются в России.
Константин Волковский признаёт, что на рынке гражданских БПЛА велика доля китайских производителей. Их преимущества в наличии отработанной технологии и глобальной экосистемы.
«В то же время российские производители демонстрируют впечатляющий прогресс. Мы видим, как отечественные компании не просто адаптируют существующие решения, а активно разрабатывают собственное оборудование, ориентированное на специфические задачи нефтегазового сектора. Они создают БПЛА, учитывающие наши суровые климатические условия, требования к безопасности данных и особенности промышленной инфраструктуры», ― прокомментировал ситуацию операционный директор Skyeer.
Однако хорошо известно, что шильдик «Сделано в России» далеко не всегда даёт гарантии, что оборудование изготовлено из отечественных комплектующих. Эксперты, опрошенные «Коммерсантом» в середине прошлого года, оценили локализацию гражданских беспилотников в 30–35 % в среднем по рынку. Лучше всего ситуация обстоит с программным обеспечением, средствами защиты от незаконного вмешательства, рассказал изданию заместитель декана факультета СМ МГТУ им. Н. Э. Баумана Андрей Новиков. Силовые и корпусные элементы ― также отечественной разработки, но изготавливаются зачастую в Китае.
«На текущий момент успешно локализованы и производятся в России такие компоненты, как рамы, корпуса, базовые элементы управления. Также активно развивается собственное ПО для планирования полетов и обработки данных ― это область, где мы видим реальные конкурентные преимущества. Например, программные решения в области обработки и аналитики данных с БПЛА, где отечественная IT-составляющая становится ключевым элементом ценности для заказчиков из нефтегазовой отрасли», ― добавил Константин Волковский.
Конечно, остаются сложности. Традиционно это производство высокотехнологичных компонентов. В первую очередь это мощные и лёгкие электромоторы, высокоёмкие Li-ion-аккумуляторы, а также специализированные сенсоры, перечисляет представитель Skyeer.
«Таким образом, уровень локализации производства гражданских БПЛА в России ― это вопрос, который требует поэтапного решения. Большинство производителей демонстрируют серьёзный прогресс, но путь к полному циклу ещё требует времени. Сегодня российские компании решают эти задачи через стратегическое партнёрство, R&D и адаптацию существующих решений к конкретным задачам нефтегазового сектора», ― заключил Константин Волковский.
О том, что отечественные предприятия плавно идут к локализации компонентов, говорил и Артём Пруцкий.
«Готов твёрдо заявить, что в РФ до 75–80% возможна локализация компонентной базы, исключая сложную микроэлектроннику, полётные контроллеры. Но есть сложности с поставками, ценой. Дрон на российских комплектующих стоит дороже, чем на китайских», ― отметил гендиректор «Центра беспилотных систем Югры».
С тем, что беспилотники не будут на 100% отечественными, согласны и в Минтрансе. Однако в ведомстве подчёркивают, что ключевые вещи всё‑таки должны производиться в РФ.
«Для регулятора не принципиально, где сделан беспилотник: в России или в Китае. Но для любого нормального гражданина страны важно, чтобы базовые элементы были отечественными, чтобы у нас была своя радиоэлектроника, программная база», ― сказал Андрей Никитин.
Власти не ограничиваются призывами: в конце 2023 года был утверждён национальный проект «Беспилотные авиационные системы».
В его рамках определены пять приоритетных направлений, в том числе «разработка, стандартизация и серийное производство БАС и комплектующих». Также деньги из бюджета выделяют на стимулирование спроса на отечественные беспилотники, развитие инфраструктуры и обеспечение безопасности, подготовку кадров для отрасли, фундаментальные и перспективные исследования в сфере БАС.
Резюмируем: прямо сейчас развитие БПЛА сдерживает большое количество барьеров, в первую очередь несовершенство нормативно-правовой базы. Тем не менее практически все аналитики прогнозируют взрывной рост этого рынка, даже при консервативном сценарии ― в несколько раз.
Стоит ожидать и новых технологических прорывов, в том числе от российских компаний. Помочь здесь может конверсия военного производства. И стоит отметить, что нефтегазовая отрасль входит в число пионеров в использовании гражданских беспилотников.
Константин Волковский, операционный директор ООО «Скайер ИТ» (Skyeer)
«Заказчики, работающие в арктических регионах, сталкиваются с целым рядом сложностей: экстремальным холодом, сильными ветрами, низкой видимостью, высокой влажностью и значительными перепадами продолжительности светового дня.
Поэтому на Крайнем Севере используют специально подготовленные дроны: с усиленными аккумуляторами с подогревом и утеплением, с защитой корпуса от влаги и ветра.
Важную роль играет и программное обеспечение, например, платформа Skyeer IT позволяет эффективно контролировать объекты даже в сложных климатических условиях».
Текст: Андрей Халбашкеев
