Венесуэльская нефть для США: чем она обернётся для российского нефтегаза?

Венесуэльская нефть, несмотря на обширные запасы, остаётся труднодоступным ресурсом для Соединённых Штатов. Восстановление эффективной добычи нефти потребует значительных финансовых вложений со стороны американских нефтяных компаний, не готовых идти на риск. Таким мнением поделился с «РИА Новости» Дмитрий Розенталь, директор Института Латинской Америки Российской академии наук (ИЛА РАН). 

Директор ИЛА РАН подчеркнул, что  на данном этапе венесуэльская нефть представляет собой лишь потенциальный ресурс, и в настоящее время сложно определить, какую сумму инвесторы готовы реально потратить на её добычу. Предполагаемые цифры разнятся: от 75 миллиардов до 120 миллиардов долларов. Самые положительные прогнозы гласят о потенциальных инвестициях в 250 миллиардов. 

Так каковы же реальные планы США и чем захваченная венесуэльская нефть может обернуться для России? Эти вопросы редакция портала «Нефтегазовая промышленность» задала экспертам. Небольшой спойлер: мнения разделились, однако ключевой вывод един — последствия для российского нефтегаза будут. Вопрос заключается лишь в том, насколько они окажутся серьёзными. 

Александр Иванов, аналитик по макроэкономике УК «Ингосстрах-Инвестиции»

— По факту сейчас происходит вытеснение Соединёнными Штатами России с её привычных рынков сбыта: тот же премиальный газовый рынок Европы уже потерян практически полностью. Сжатие рынков сбыта не произойдёт мгновенно (например, не стоит бояться того, что нефть из Венесуэлы мгновенно «зальёт» мир и уронит цены: для построения там нормальной добычи нужны десятки миллиардов долларов и годы работы), но для РФ это «скользкая» тропа: единственный (или доминирующий) покупатель (для нас сейчас это Китай и Индия) сможет продавливать нас по ценам гораздо эффективнее, чем раньше. 

Конечно, такой путь — это минус для доходов бюджета и для стабильности всей бюджетной конструкции в целом. Пока, по нашим расчётам, при текущих огромных дисконтах на нефть Юралс ФНБ хватит на 1.5 – 2 года для выполнения бюджетного правила (когда Минфин продаёт на бирже валюту в размере недополученной нефтяной выручки, что снижает волатильность рубля (и, кстати, сейчас является одним из факторов «крепости» рубля)). Но вряд ли Правительство будет ждать полного исчерпания ФНБ.

Михаил Хачатурян, доцент кафедры стратегического и инновационного развития Финансового Университета при Правительстве Российской Федерации

— Имеющихся в распоряжении американских властей 50-80 млн баррелей венесуэльской нефти, уже проданной по действующим контрактам, но конфискованной в результате морской блокады, даже при условии их повторной продажи, разумеется, не хватит для того, чтобы значимо понизить уровень мировых цен на нефть. Оценивать же заявления Трампа о потенциальных возможностях начала добычи нефти под началом американских компаний стоит лишь как перспективные. 

Несмотря на значительные инвестиции в развитие нефтяной отрасли страны, осуществлённые за последние 10-15 лет китайскими и российскими нефтяными компаниями, её состояние не позволяет быстро нарастить объёмы добычи. При этом сами американские компании, несмотря на бравурные заявления Трампа, заходить в Венесуэлу не торопятся, да и если зайдут, скорее всего, будут осуществлять выработку уже существующих месторождений, не инвестируя в модернизацию или разработку новых. 

Вторым сдерживающим фактором является действующая сделка ОПЕК+, которую Венесуэла, как член ОПЕК, поддерживает, и развалить которую у Трампа вряд ли получится, а, следовательно, и увеличивать объёмы добычи — в некотором смысле лишь выбрасывать деньги и время на ветер. 

Третье и, пожалуй, самое главное: мировой рынок нефти уже несколько лет существует в условиях значительного превышения предложения над спросом и в этой связи вывод больших объёмов венесуэльской нефти на рынок вряд ли будет иметь тот эффект, о котором говорит Трамп, а именно, сможет обеспечить снижение цен на нефть. Даже если сможет, то не более чем на 1-2 доллара за баррель, чего, разумеется, для американской власти недостаточно. 

В этой связи напрашивается лишь один вывод — большинство объёмов венесуэльской нефти будет поступать на американский рынок, тем самым компенсируя снижение внутренней добычи в США и позволяя снижать внутренние цены на нефть и нефтепродукты. 

Второй вывод — ситуация с Венесуэлой, конечно, для российской нефтегазовой отрасли является негативной, прежде всего, в контексте потенциального вытеснения российских нефтяных компаний из проектов, реализуемых ими в этой стране. 

При этом с точки зрения ситуации на мировом рынке и устойчивости российского ТЭК ситуация с американским контролем венесуэльской нефтяной отрасли выглядит опасной, но в весьма отдалённом и неопределённом будущем. Тем более, что все инструменты стабилизации мирового рынка нефти действуют, и никто из его реальных участников не демонстрирует желания их разрушать. А значит, ситуацию стоит держать в поле зрения, но оценивать действия США в Венесуэле спокойно и взвешенно, готовясь подспудно к вероятным, но весьма отдалённым последствиям.

Анна Суворова, учредитель ООО «Суворов Лекс»

— Если предположить наиболее вероятный сценарий развития событий, а именно такой, в котором вопрос с «перевариванием Венесуэлы» после Николаса Мадуро США всё-таки решат, то следует считать, что доступ к богатейшей по запасам нефти территории сделает Америку главным «акционером-решальщиком» в мире по цене на нефть и экспортным поставкам.

При оценке последствий контроля США над нефтью Венесуэлы важно критически относиться к слишком оптимистичным комментариям, которые могут помешать правильно и своевременно проанализировать ситуацию. В этой связи мы должны вспомнить «сланцевую революцию», которую совершили США в XXI веке, и отметить, что тогда тоже слышалось множество похожих аргументов, а именно, что «неэкологичность, трудноизвлекаемость, высокий порог затрат на добычу барреля… не окажет влияния на мировой рынок добычи нефти». Подобная риторика исходила как от профессионалов университетских кафедр, так и аналитиков крупных нефтяных компаний и правительств разных стран.

Последовавший за революцией «холодный душ» в виде падения мировой цены на нефть до отрицательной величины, как мы видим сейчас, ничему не научил.

Ещё недавно в «Большой тройке» экспортёров (Саудовская Аравия, Россия, США) Соединённые Штаты были на третьем месте. Однако в 2025 году они уже на треть обошли бывших двух лидеров.

В чём принципиальная ошибка уважаемых экспертов, тогда и сейчас? В том, что они исходят из базовых рыночных принципов: инвестиции, лаг, добыча, доходность, забывая, что США — это не обычная страна со среднестатистическими успехами, а единственный за всю историю мира феномен, имеющий доступ к «неограниченным кредитам», который на протяжении сотен лет демонстрирует способность осваивать любой ресурс.

Таким образом, последствия контроля самого большого нефтяного ресурса на земле американской империей могут обернуться для России крайне чувствительным разрушением ОПЕК, мировым диктатом цен на нефть со стороны США и, как следствие, серьёзными проблемами с доходами бюджета страны со всеми вытекающими отсюда проблемами для экономики и других сфер жизни общества.

Локупитумпа Аппухамиллаге Видуши Шаника Ранасингхе, старший преподаватель кафедры стратегического и инновационного развития Факультета Высшей школы управления в Финансовом университете Москвы

— На мой взгляд, амбиции США отчасти реалистичны, однако весьма ограничены. Увеличение производства возможно, но лишь умеренное — для этого требуются время, инвестиции и реформы. Текущий уровень добычи в Венесуэле низок из-за недостаточного финансирования, санкций и ветхой инфраструктуры. Отрасли необходимы глубокие реформы стоимостью в десятки миллиардов долларов. 

При таких условиях достижение добычи в 1,3-1,5 миллиона баррелей вполне реально, но в краткосрочной перспективе. Значительное увеличение добычи (более 2-3 миллионов баррелей) по-прежнему является сложной задачей из-за необходимости модернизации инфраструктуры.

Потенциальное негативное воздействие на российскую нефтегазовую отрасль может выразиться следующим образом:

• Рост добычи и экспорта венесуэльской нефти неизбежно приведёт к увеличению предложения на рынке, усиливая ценовое давление на сырую нефть на фоне переизбытка предложения.
• Перенаправление венесуэльского экспорта на другие рынки (США, Европа) может частично ослабить традиционные цепочки поставок, где Россия и другие крупные игроки ранее конкурировали за одних и тех же клиентов.
• Если США проведут правовые и операционные реформы в венесуэльской нефтяной отрасли (например, путём смягчения условий работы для иностранных компаний), это может создать новую конкуренцию для российских экспортёров нефти на мировом рынке в течение следующих 3-5 лет.

Впрочем, в краткосрочной перспективе Россия может воспользоваться тем фактом, что более дешёвые поставки из Венесуэлы станут недоступны для её азиатских партнёров, и увеличить поставки в эти страны, укрепив свои позиции на азиатском рынке.