СПГ-завод в Ингушетии планируют завершить в 2028 году

Саудовская государственная нефтяная компания преподнесла рынку внезапный сюрприз, резко снизив отпускные цены для азиатского направления. Ноябрьская стоимость флагманского сорта Arab Light для потребителей в Азии установлена на отметке $5 за баррель ниже средней корзины Oman и Dubai. Это на $3 меньше октябрьского уровня, и, как свидетельствуют данные агентства Reuters, столь глубокий дисконт фиксируется впервые с июня 2020 года.

Такой шаг стал неожиданным для аналитиков: в предварительном опросе Reuters они прогнозировали повышение цены вплоть до $5 за баррель, ориентируясь на динамику ближневосточных бенчмарков. Помимо Arab Light, компания увеличила скидки для Азии на тяжёлые сорта — Arab Medium и Arab Heavy, также на $5 за баррель.

Как пояснили агентству азиатские нефтепереработчики, цены снижены, чтобы облегчить покупателям возросшее давление издержек на морскую логистику. За фрахт супертанкера, способного принять на борт 2 млн баррелей, на маршруте из Персидского залива в Китай 2 октября просили $1,2 млн в сутки. Год назад аналогичная ставка составляла порядка $80 тыс. Таким образом, транспортировка сегодня сопоставима по цене с самим сырьём.

Дополнительным фактором стали задержки отгрузок из египетского порта Сиди-Керир, через который саудовская нефть идёт в обход Ормузского пролива. Скидки, по словам трейдеров, призваны компенсировать и время ожидания, и удлинившийся маршрут.

При этом для Северо-Западной Европы Saudi Aramco, напротив, повысила ноябрьские цены на $3 за баррель по всем сортам. Для американских покупателей цены остались без изменений. Такая дифференцированная политика свидетельствует о намерении компании защищать долю рынка именно там, где конкуренция наиболее остра.

Государства, входящие в Международное энергетическое агентство (МЭА), передали нефтяным компаниям 325 млн баррелей «стратегической» нефти из согласованных в марте 400 млн баррелей. На рынок поступило более 80% обещанного объёма, что помогло компенсировать дефицит поставок и снизить тревожность участников рынка, пояснил исполнительный директор агентства Фатих Бироль в докладе на видеоконференции глав стран Большой семёрки.

Однако кризис в Ормузском проливе по-прежнему влияет на мировые рынки, особенно тяжёлой остаётся ситуация с дизельным топливом. При восстановлении объёмов поставок сырой нефти с Ближнего Востока экспорт нефтепродуктов серьёзно ограничен.

Топлива не хватает в том числе из-за атак на нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) в ходе конфликта России и Украины. Сокращение доступных объёмов и растущие цены — угроза для мировой экономики, подчёркивает глава МЭА.

Из-за дефицита дизель в США и ЕС уже подорожал до рекордных значений. По оценкам Global Petrol Prices, в мире за год топливо выросло в цене на треть. На прошлой неделе президент США Дональд Трамп потребовал от Европы распечатать стратегические запасы дизтоплива, угрожая прекращением американского экспорта горючего.

На этом фоне лидеры G7 согласились дополнительно высвободить 100 млн баррелей нефти и нефтепродуктов в течение четырёх месяцев. Этот объём — часть 400 млн баррелей, которые члены МЭА договорились поставить на мировой рынок в марте. В первые 20 дней приоритет будет отдан дизельному топливу.

Кроме того, страны G7 намерены согласовывать графики технического обслуживания НПЗ, чтобы исключить одновременную остановку мощностей, и призывают государства с крупными перерабатывающими мощностями нарастить выпуск нефтепродуктов, в первую очередь дизеля.

Зарубежные предприятия ЛУКОЙЛа могут оказаться не только коммерческим, но и политическим активом в отношениях Москвы и Вашингтона. По данным газеты New York Times (NYT), президент России Владимир Путин предложил обсудить продажу международного бизнеса компании на встрече со Стивом Уиткоффом и Джаредом Кушнером 5 сентября. К возможным покупателям издание относит американского миллиардера Тодда Боэли, финансировавшего избирательную кампанию лидера США Дональда Трампа, а также инвесторов из Катара и ОАЭ.

В январе было подписано предварительное соглашение о продаже LUKOIL International между ЛУКОЙЛом и американским инвестфондом Carlyle. Возможная сделка оценивалась примерно в $20 млрд и охватывала активы в 17 странах, исключая Казахстан. Однако, как передавала газета Financial Times, она почти десять месяцев остаётся на согласовании в Вашингтоне, хотя Управление по контролю за иностранными активами США уже одобрило смену собственника.

Действующая лицензия Минфина США даёт время на обсуждение условий продажи до 22 октября, но на саму сделку понадобится отдельное разрешение. По условиям ведомства, вырученные средства будут заблокированы на счёте в США на период действия санкций.

Эксперт Финансового университета Станислав Митрахович отметил в комментарии «Коммерсанту», что видит в этой ситуации политический торг. По его словам, изначально предполагалось, что покупатель договорится с администрацией, а Минфин снимет санкции с активов. Теперь выясняется, что в правительстве США, возможно, притормозили сделку в интересах людей, близких к американскому президенту, говорит эксперт.

Наиболее вероятный сценарий — переход портфеля к инвесткомпании, которая затем распродаст его профильным покупателям, полагает эксперт по энергетике Кирилл Родионов. Для самих активов это станет стабилизирующим фактором: транзакции вернутся в обычный режим, существовавший до санкций. Однако для ЛУКОЙЛа это потеря ощутимой части зарубежного бизнеса.

Поставки нефти с Ближнего Востока почти вернулись к уровню, который был до начала военных действий США, направленных против Ирана. Однако стоимость Brent остаётся выше $100 за баррель — примерно на 40% больше, чем в начале конфликта. Об этом пишет Bloomberg. Даже объявленный странами G7 план высвободить до 100 млн баррелей нефти и дизеля из стратегических запасов не смог сбить цены.

Причина, как отмечает издание, не в физическом дефиците сырья как таковом. Рынок оценивает не только то, сколько нефти загружается, но и то, может ли она быть доставлена безопасно, надёжно и с низкими затратами.

 «Ключевая проблема в том, что восстановление объёма поставок не равно полной нормализации», — цитирует Bloomberg старшего аналитика Guotai Junan Futures Сюйи Чжао.

Первый фактор — сохраняющийся риск возобновления боевых действий. США развернули дополнительный авианосец и войска в Персидском заливе. Иран продолжает атаковать отдельные суда, пытаясь контролировать Ормузский пролив, через который до войны проходило около 20% мировой нефти. Поддерживаемые Ираном хуситы объявили блокаду саудовского судоходства в Красном море. В сентябре атака дрона на саудовский нефтепровод «Восток — Запад» привела к его временной остановке.

Второй фактор — логистика. Нарушение маршрутов повысило стоимость доставки. Перевозчики используют челночные схемы, перевалку с судна на судно и более длинные пути. Ставки на фрахт танкеров для доставки нефти из Персидского залива в Китай превысили $1,2 млн в сутки.

Третий фактор — истощение запасов. По данным Energy Aspects, общемировые запасы нефти составляют около 4,3 млрд баррелей — более чем на 400 млн меньше мартовского уровня. При этом спрос восстановился до 104,8 млн баррелей в сутки, что на 6,5 млн выше майского показателя.

Четвёртый фактор — дефицит нефтепродуктов. Экспорт топлива из двух крупнейших центров переработки — Ближнего Востока и России — остаётся ограниченным. Крупные российские НПЗ работают с перебоями, а на экспорт дизеля действует запрет. В результате заводы в других регионах вынуждены работать на пределе возможностей, конкурируя за доступное сырьё.