Экспорт углеводородов и санкции: потери и новые возможности

Продажа углеводородов за рубеж обеспечивает прибыли российских компаний и наполняет государственный бюджет. Неудивительно, что именно экспорт нефти и газа стал главной мишенью для санкций со стороны недружественных стран. Последние несколько лет российские компании постоянно преодолевают возникшие сложности с поставками. Подведём промежуточные итоги: оценим потери и новые возможности, которые открылись для экспортёров из РФ.

Транзит газа через Украину ― всё

1 января 2025 года наступил конец целой эпохи в истории отечественного газового экспорта: Россия и Украина не продлили соглашение о транзите «голубого топлива». А ведь на протяжении нескольких десятилетий это направление было ключевым для поставок топлива на высокомаржинальный европейский рынок.

Всего из России на Украину идут 22 газопровода пропускной способностью 290 млрд м³ в год. Покидают страну 15 газопроводов, по которым можно прокачать 175 млрд м³. Последняя цифра как раз обозначает верхнюю границу возможностей транзита газа через Украину.

Львиная доля этой инфраструктуры была построена в советские годы. Таким образом, к моменту распада СССР 95% всего экспорта природного газа в Европу шло по данному маршруту.

Однако объёмы транзита газа начали падать ещё до начала СВО. В 2001 году он составил 124,4 млрд, в 2010 году — 98,6 млрд, в 2013 — 86,1 млрд, наконец, в 2020 году — 55,8 млрд кубометров газа.

Связано это было с появлением альтернативных маршрутов поставки. Сначала был запущен газопровод «Ямал — Европа», затем по дну Балтийского моря проложили «Северный поток». Их совокупная мощность составляла 87,9 млрд кубометров. В случае запуска «Северного потока — 2» сюда добавилось бы ещё 55 млрд кубометров, а это обеспечило бы стабильные поставки в Европу (даже без транзита через Украину).

События 2022 года ещё больше подорвали экспортный потенциал этого направления. В результате к концу 2024 года транзит через соседнюю республику составил лишь около 14 млрд кубометров газа.

Таким образом, главные потери произошли до 1 января 2025 года. Этим и объясняется относительно спокойная реакция заинтересованных сторон. Сильнее всего ощутили последствия отмены транзита в Молдавии, Венгрии и Словакии. В целом страны ЕС рассчитывают заместить выпадающие объёмы за счёт поставок СПГ.

Президент РФ Владимир Путин заявил, что отказ от продления соглашения не скажется серьёзно на ПАО «Газпром». Да, основные потери пришлись на 2023 год, который корпорация впервые с 1999 года закончила с убытками. Тем не менее недооценивать роль 14 млрд кубометров газа, которые перекачивали по территории Украины, всё же не стоит.

По оценкам «Коммерсанта», потери «Газпрома» составляют €6 млрд. Одновременно встаёт вопрос и относительно того, куда перенаправить освободившиеся объёмы. Очевидный выбор ― внутренний рынок. Однако эксперты, опрошенные изданием, отметили, что выручка компании будет в таком случае в 2,6 раза меньше, чем от экспорта. Всё это может привести к росту тарифов внутри РФ.

«Арктик СПГ — 2» остался без газовозов

После того, как страны ЕС провозгласили курс на постепенный отказ от трубопроводного газа из России, многие эксперты полагали, что в роли «спасательного круга» для отрасли может выступить сжиженный природный газ. В сравнении с трубопроводными поставками СПГ даёт большую гибкость ― возможность быстро перенаправлять потоки.

Понимали это и власти недружественных стран. Поэтому неудивительно, что эта индустрия оказалась одной из главных мишеней для санкций в 2024 году.

Речь идёт в первую очередь о проекте «Новатэка» «Арктик СПГ — 2». Российской компании удалось запустить первую очередь завода, однако сложности возникли на этапе сбыта продукции.

Газовозы для проекта строили на верфи Hanwha Ocean в Южной Корее, а непосредственно транспортировкой топлива должна была заниматься Mitsui O. S.K. Lines, Ltd. Однако в процесс вмешались санкции США, и теперь японская компания не может фрахтовать суда для «Арктик СПГ — 2».

Танкеры для проекта строит и российская судоверфь «Звезда», но в 2024 году ни одно из 15 судов не было построено. Отмечалось, что первый газовоз будет готов в начале 2025 года, однако сроки уже переносились, поэтому нет уверенности, что это окончательная дата.

Всё это дало основание журналистам Financial Times заподозрить «Новатэк» в создании теневого СПГ-флота. Российская сторона всё отрицала. Тем не менее в октябре США ввели санкции в отношении LNG Alpha Shipping PTE, LNG Delta Shipping PTE, LNG Gamma Shipping PTE, LNG Beta Shipping PTE. Компании подозревают как раз таки в создании теневого флота газовозов.

Пострадали и другие СПГ-проекты. Летом 2024 года власти ЕС ввели санкции против «Совкомфлота»: российские суда теперь не могут заходить в европейские порты. Это вынудило российские компании переориентировать поставки в Азию.

В связи с этим заместитель главы Фонда национальной энергетической безопасности Алексей Гривач в интервью «Российской газете» отметил, что сейчас РФ занимает 4‑е место по поставкам СПГ на мировой рынок, но сильно отстаёт от лидирующей тройки. На первом месте США с 84,5 млн т экспорта сжиженного газа, потом Катар с 78,2 млн т, следом Австралия с 79,6 млн т. Россия же экспортировала в прошлом году 32,1 млн т СПГ.

В дальнейшем разрыв может сильно увеличиться: в 2026–2028 годах ожидается ввод новых мощностей, и, если Россия в ближайшие год-полтора не решит проблемы с танкерным флотом для перевозки СПГ, найти покупателей на дополнительные объёмы будет трудно. Тогда как полноценный запуск «Арктик СПГ — 2» может добавить российскому экспорту 20 млн т, «Мурманского СПГ» — ещё столько же. В таком случае объёмы будут сопоставимы с австралийскими отгрузками.

Ситуация может стать ещё сложнее в свете планов новой администрации в США нарастить производство СПГ. Впрочем, объёмы росли и до прихода к власти Дональда Трампа. Так, в конце 2024 года в США были запущены сразу два завода: Plaquemines LNG (19,9 млн тонн в год) и Corpus Christi Stage 3 (10 млн тонн в год). Кроме этого, в ближайшем будущем планируют запустить ещё несколько производств: Golden Pass (18,1 млн тонн в год), Rio Grande (17,5 млн тонн в год), Calcasieu Pass 2 (20 млн тонн в год), Port Arthur (13,5 млн тонн в год), пишет ТАСС.

За счёт этого экспорт СПГ из Америки может вырасти по меньшей мере в два раза к 2030 году и составить 190 млн тонн в год. Такие цифры в интервью ТАСС назвал директор по исследованиям Института энергетики и финансов Алексей Белогорьев.

Теневой флот приходит на выручку

Нехватка танкеров становится всё более острой проблемой и для нефтяного экспорта. Особенно если учесть, что власти РФ делают серьёзную ставку на развитие Северного морского пути, где нужны суда ледового класса. Весной прошлого года аналитическое агентство «Яков и партнёры» подсчитало, что уже к 2035 году для нефтегазовых проектов понадобится 200 таких судов.

Впрочем, даже если абстрагироваться от условий Арктики, ситуация для российских экспортёров вырисовывается неприятная. Как отметил в своём выступлении на Национальном нефтегазовом форуме в апреле прошлого года генеральный директор ПАО «Совкомфлот» Игорь Тонковидов, чтобы обеспечить потребности российского экспорта, требуется порядка 50–55 млн т дедвейта в зависимости от плеч перевозки. На тот момент российские компании могли обеспечить не более 20–25 % от этой потребности.

В июне стало известно, что на Дальнем Востоке может появиться предприятие по выпуску судов для Севморпути. По словам главы Минвостокразвития РФ Алексея Чекункова, оно должно стать таким же масштабным, как завод «Звезда». Кроме этого, ОСК планирует построить ещё одну верфь в Северо-­Западном регионе. Её специализацией будут суда дедвейтом 15–70 тысяч т, в том числе и танкеры.

Стоит отметить и совместный проект ОСК и Бакинского судостроительного завода (Азербайджан) по выпуску кораблей класса «река-море» для транспортировки нефтепродуктов. Об этом стало известно после переговоров глав двух государств в августе прошлого года.

Однако новые верфи ещё только предстоит построить, а нехватка судов ощущается уже сейчас. В этих условиях РФ наращивала численность теневого флота, а США и страны ЕС стремились перекрыть эту лазейку для российского экспорта. В мае 2024 года Reuters со ссылкой на аналитическое агентство Lloyd’s List Intelligence писал, что перевозками углеводородов занимались 630 судов теневого флота — это 14,5% от всех танкеров. Ещё годом ранее таких судов было 530, в 2021 году — не больше 300.

А уже в июле Bloomberg сообщил, что 44 европейские страны одобрили предложенный Великобританией план по обмену информацией о танкерах теневого флота, чтобы вводить в отношении них санкции.

В январе власти США объявили о новых ограничениях против российской нефтегазовой промышленности. В «чёрный список» попало примерно 180 танкеров, писал «Коммерсантъ». Всё это приведёт к росту стоимости фрахта для российских экспортёров, считают эксперты. Санкции могут привести и к увеличению дисконта на российскую нефть.

Новые направления для российского экспорта

Ограничения подтолкнули российские компании к поиску новых рынков сбыта. События прошлого года показали, что один из них видят в Средней Азии. О том, что РФ нарастит поставки газа в Узбекистан в марте, сообщали власти Республики Казахстан. По их оценкам, в 2024 году цифры должны были вырасти более чем в три раза: с 1,2 до 3,8 млрд кубометров. Для дальнейшего наращивания импорта Узбекистану необходимо модернизировать трубопроводы и перекачивающие станции. Власти республики намерены до 2030 года выделить на это $500 млн, писали «Ведомости». После реконструкции Узбекистан сможет получать 11,6 млрд кубометров газа в год.

Ещё один проект — газификация севера Казахстана и города Астаны. Эти территории могут стать частью нового маршрута для поставок в Китай. Вероятный объём потребления здесь составляет около 3 млрд м³ газа.

Кроме этого, Казахстан планирует ежегодно закупать порядка 10 млрд м³ газа из объёмов, которые будут направлять в КНР по ветке «Барнаул — Рубцовск — Семей».

А уже в ноябре стало известно, что Россия и КНР могут вернуться к обсуждению прокладки газопровода мощностью 35 млрд кубометров через Казахстан на фоне затянувшихся переговоров по проекту «Сила Сибири — 2». Об этом говорил Александр Новак на форуме «Ростки: Россия и Китай — взаимовыгодное сотрудничество».

Также в качестве очередного варианта для наращивания экспорта газа в КНР рассматривают перевод системы «Средняя Азия — Центр» в реверсный режим и применение своповых схем поставки с Казахстаном и Узбекистаном.

Пока же большая часть российского экспорта в Поднебесную осуществляется по «Силе Сибири». В начале декабря пресс-­служба «Газпрома» сообщила, что прокачка по трубопроводу достигла максимального уровня, прописанного в контракте. Всего в 2024 году по этому маршруту направили около 30 млрд кубометров топлива, тогда как в 2023 году — 22,7 млрд кубометров.

Кроме этого, началось строительство нового газопровода мощностью 10 млрд кубометров для поставок в КНР. Объект представляет собой ответвление от трассы «Сахалин — Хабаровск — Владивосток». Запустить его в эксплуатацию планируют уже в конце января 2027 года.

В то же время работы на трубопроводе «Сила Сибири — 2» в 2024 году так и не стартовали. Несмотря на серию переговоров с участием высокопоставленных лиц, сторонам так и не удалось прийти к согласию. Тем не менее Владимир Путин по итогам своего визита в Поднебесную заявил о возможном строительстве нового нефтепровода в Китай, который пройдёт параллельно с «Силой Сибири — 2». Прозвучало, что его мощность может составить 30 млн тонн. Впрочем, пока он существует, скорее, на уровне идеи, сроки реализации проекта неясны.

Здесь стоит отметить ещё одно важное событие 2024 года — подписание нового соглашения о транзите нефти через Казахстан. По его условиям выросли как объёмы (с 7 до 10 млн тонн в сутки), так и цена. На участке «Туймазы — Омск — Новосибирск» придётся заплатить $2,1 за тонну, за транспортировку углеводородов по территории Казахстана — $15.

Газовый хаб в Турции. Или в Иране?

Российские власти возлагают серьёзные надежды на газовый хаб в Турции. Разговоры о его создании начались в 2022 году. Ставка делалась на то, что топливо из РФ, попав в соседнюю страну, «обезличивается». И после этого его можно смело отправлять на экспорт в европейские страны. Россия для увеличения поставок даже выражала готовность проложить ещё одну ветку газопровода по дну Чёрного моря.

В прошлом году периодически поступали новости, которые вновь подогревали интерес к этой теме. Так, в мае в Турции приняли закон, согласно которому импортный газ разрешается продавать в сжиженном виде. Как отметил президент Турецкой ассоциации дистрибьюторов природного газа (GAZBIR) Яшар Арслан, эти поправки открывают возможности для торговли газом, который покупается в России.

В июне председатель комитета Госдумы по энергетике (на тот момент, — прим. ред.) Павел Завальный по итогам визита в Турцию вновь говорил о перспективах строительства ещё одной нитки газопровода по дну Черного моря. Однако уже в августе стало известно, что в проекте хаба новых мощностей не ожидается. Экспорт планируют через действующие магистрали: «Турецкий» и «Голубой» потоки ― суммарным объёмом 47,5 млрд кубометров. Впрочем, даже при таком сценарии остаётся потенциал для наращивания объёмов: в 2023 году РФ поставила в Турцию 21 млрд кубометров.

Впрочем, эксперты, опрошенные «Российской газетой», выразили сомнение, что проект будет выгодным. Дело в том, что на экспорт Турция собирается отправлять свой газ с черноморских и средиземноморских месторождений, из Азербайджана, Ирана, Средней Азии, а собственные нужды замещать энергоносителем из России (потребление в Турции составляет 50 млрд м³).

При этом геополитическая ситуация такова, что российский газ, вероятно, будет продаваться соседям со скидкой. Впрочем, нужную инфраструктуру ещё предстоит создать: объём хранилищ газа необходимо расширить, и только к 2028 году мощности для хранения будут увеличены вдвое в европейской части Турции.

На этом фоне интерес представляет новость о подписании меморандума между «Газпромом» и властями Ирана о создании газового хаба на территории ближневосточного государства. Предполагаемый объём поставок из РФ оценивается в 109 млрд кубометров — это больше, чем обе нитки «Северных потоков». При этом трубопровод по дну Каспийского моря при таком сценарии должна будет построить российская сторона.

Прибыли уже не те

И всё же даже успешная переориентация экспорта не решит всех проблем. Наглядные пример — трубопроводные поставки. Так, в 2021 году выручка «Газпрома» от продаж топлива в Европу составила $68,1 млрд, в 2022 году — рекордные $96,1 млрд, но в 2023 году — уже только $26 млрд.

По прогнозам, в 2024 году этот показатель составит $17,6 млрд, в 2025 — $17,2 млрд, в 2026 — $19,1 млрд, в 2027 — $19,9 млрд. Такие цифры привёл в своём выступлении на ПМГФ‑2024 председатель наблюдательного совета «Группа Инвеста» Андрей Гайдамака.

В то же время, по словам эксперта, в промежуток с 2021 по 2027 годы поставки в Китай вырастут с $1,8 млрд до $11,8 млрд в 2027 году, в страны бывшего СССР — с $7,7 млрд до $10,5 млрд. Вырастет за этот период и объём внутреннего рынка: с 14,7 до 19,7 млрд.

Однако, как мы видим, рост поставок по этим направлениям не сможет в полной мере компенсировать последствия потери большей части премиального европейского рынка. Если в 2021 году общая выручка «Газпрома» составила $92,3 млрд, то в 2027 году ожидается $61,9 млрд, считает Андрей Гайдамака.

Остаются и другие сложности. Мало поставить сырьё за рубеж, нужно ещё и получить за него деньги. А это теперь не так просто: традиционные механизмы из-за санкций больше недоступны, экспортёрам приходится изворачиваться.

«Ситуация стала серьёзнее, практически остановились расчёты с Китаем этим летом. Создаются параллельные структуры, открываются счета в банках, Омана, Бахрейна, не очень крупных финансовых организациях Китая. Пока это работает. Второе направление — неттинг (взаимозачёт). Третье — криптовалюты, но это подходит не всем. Платежи не остановились, но системного решения пока нет», — прокомментировала ситуацию в своём выступлении на ПМГФ‑2024 партнёр Группы компаний «Б1» Марина Белякова.

Тариф раздора

Дорожают и услуги внутри страны. Так, нефть и нефтепродукты часто доставляют по железной дороге. Поэтому политика РЖД также играет существенную роль для добывающих компаний. 2024 год с этой точки зрения напоминал американские горки. Началось всё с позитивной новости об увеличении приоритета бензина на железной дороге.

Нефтепродукты вошли в третью очередь, такое решение было принято, чтобы не допустить дефицита бензина в регионах. Это привело к тому, что отгрузки на восток страны выросли на 7%. Однако с 1 сентября их вновь переместили в шестую категорию и ниже.

А в октябре стало известно, что РЖД поднимет тарифы на перевозку грузов. Компании не хватает средств на финансирование инвестпрограммы, которая в числе прочего включает расширение пропускной способности Восточного полигона. Минтранс одобрил инициативу, теперь идёт дискуссия по поводу размера повышения, писал «Коммерсант».

Вырастут для российских экспортёров и расценки на услуги «Транснефти». Размер повышения стал настоящим полем битвы лоббистских возможностей компаний. Напомним, что ещё в 2021 году была принята формула ежегодной индексации «инфляция минус 0,1%». Исходя из этого, в 2025 году тариф должен был вырасти на 5,8%. Однако руководство «Транснефти» направило письмо Александру Новаку с просьбой о прибавке в 8,7%.

Дело в том, что для компании с 2025 года налог на прибыль вырастет в два раза: с 20 до 40 %. При индексации на 5,8% к концу 2029 года дефицит финансов «Транснефти» составит 582 млрд руб­лей, подсчитали в организации. Это может привести к сокращению инвестиционной программы, включая ремонт труб, а также к приостановке или даже отказу от крупных инициатив.

Однако вскоре «Роснефть» обратилась в администрацию президента с просьбой оставить тариф на уровне 5,8%. В результате Федеральная антимонопольная служба утвердила именно это значение.

И всё же последнее слово осталось за «Транснефтью». В конце декабря вышел ещё один приказ ФАС о дополнительной индексации на 4,1%. Таким образом, суммарно тариф вырастет на 9,9%.

Итак, 2024 год для российских экспортёров оказался противоречивым. Санкции не смогли «обрубить» все дорожки к потребителям в других странах, однако сложностей хватает. Открытым остаётся вопрос по российскому флоту танкеров, так и не началось строительство трубопровода «Сила Сибири — 2».

Решать эти проблемы предстоит уже в 2025 году.

Текст: Андрей Халбашкеев.
Фото: gazprom.ru.