Заканчивание скважин: в каких технологиях нуждается отрасль?
В «Энергетической стратегии до 2050 года» поставлена задача достичь уровня добычи в 540 млн тонн и удерживать его до середины века. И здесь всё большую роль будут играть технологии заканчивания. Что могут предложить российские нефтесервисные компании? И в чём нуждаются ВИНК? Ответы на эти вопросы искали участники дискуссионной сессии «Технологии заканчивания: опыт, вызовы и совместные решения» в рамках Промышленно-энергетического форума TNF.
Формируем запрос от отрасли
Момент для разговора выбран не случайно. По словам генерального директора ООО «ТСС» («Технологии строительства скважин«) Михаила Володина, сейчас отрасль находится на этапе, когда особенно важно определиться с вектором развития.
«С точки зрения R&D-направлений наши ресурсы всё равно ограничены. Поэтому важно наметить правильные цели. Подумать, куда мы придём через три-пять лет, чтобы мы могли оперативно заняться этими разработками, быстро выводить их на ОПР и в дальнейшем тиражировать. Что это будет: новые проекты в Арктике и Восточной Сибири или работа на текущих месторождениях? Или переход на нижележащие пласты? Нам бы хотелось чуть больше коммуникации и вовлечённости со стороны ВИНК», ― объяснил г-н Володин.
Конечно, прогнозы ― дело неблагодарное, но, на первый взгляд, при составлении планов можно опираться на утверждённую государством «Энергостратегию‑2050», где выделены основные приоритеты. Кроме этого, свои отраслевые документы есть и у самих ВИНК. Так, «Газпром нефть» в качестве своих ключевых направлений выделила освоение Восточной Сибири и трудноизвлекаемых запасов (бажена, палеозоя, тюменской свиты, ачимовки) и работу с действующим фондом.
«Но всё очень сильно зависит от макропараметров. Если цена на нефть упадёт до 45 долларов за баррель, то никакие ТРИЗ и офшоры мы бурить не будем, станем упираться по максимуму в Западной Сибири», ― подчеркнул руководитель программ по бурению ПАО «Газпром нефть» Филипп Бреднёв.
Объединяем усилия
Впрочем, есть технологии, которые нужны компаниям прямо здесь и сейчас. В частности, речь идёт о строительстве скважин с интеллектуальным заканчиванием с последующей возможностью проведения на них МГРП. Ещё одна проблема, требующая решения, ― это песконесущие месторождения. За рубежом в таких случаях используется гравийная набивка, но российские компании пока не освоили эту технологию, констатировали участники дискуссии.
Существующие решения ― по сути дела, компромисс, заключил Филипп Бреднёв. Ключевая причина ― дороговизна разработки. Отдельно взятой нефтесервисной компании это не под силу. Хорошим выходом стало бы объединение усилий нескольких организаций. Михаил Володин предлагает пойти дальше, создать совместные рабочие группы, куда вошли бы представители ВИНК и подрядчиков.
Заказчики не отметают идею с порога, но видят здесь ряд серьёзных сложностей.
«Консорциум ― идея хорошая, но всегда будем наталкиваться на то, что у каждого свой кошелек. Как потом делить эти идеи? Подобная агломерация возможна только под эгидой ИНТИ: этот независимый институт может объединить усилия сервисных подрядчиков и заказчиков, чтобы достичь результата», ― выразил мнение директор программ по развитию технологий ГРП ПАО «Газпром нефть» Ильдар Файзуллин.
С опорой на отечественный нефтесервис
Да, сейчас на рынке представлены не все интересующие заказчиков продукты, но представители подрядчиков, в свою очередь, призывают не забывать, что до 2007–2008 гг. технологии заканчивания практически отсутствовали в России.
«Многостадийный ГРП и горизонтальные скважины развивались силами иностранных нефтесервисных компаний. Российские игроки на этом рынке начали появляться где‑то с 2012 года. За это время все мы прошли большой путь. Благодарны заказчикам за их высокие требования, за счёт этого сейчас, выходя на зарубежные проекты, понимаем, что не так уже сильно отстаём от иностранных коллег, а где‑то даже оказались впереди», ― отметил Михаил Володин.
И всё же одна просьба к ВИНК у руководителя ТСС нашлась: учитывать при проведении тендеров не только низкую стоимость, но и технологичность представленных решений. Можно сказать, что санкции подтолкнули российские нефтяные компании прислушаться к местным подрядчикам.
«Раньше мы большей частью надеялись на зарубежных партнёров. Теперь поняли, что нужно поддержать наших наиболее крупных производителей. Выделили топ‑5 компаний не только по объёмам, но и по технологичности, которые имеют определённые преференции при контрактовании.
Тем самым мы надеемся стимулировать коллег из первого эшелона вкладывать в НИОКР. Создали рамку по ОПИ, что позволяет компаниям, если они разработали какую‑то технологию по упрощённой схеме, получать скважины, минуя обычную в таких случаях бюрократию», ― рассказал Филипп Бреднев.
Технологии будущего
В компании «ТСС» полагают, что ключевыми вызовами к 2030 году, помимо браунфилдов, станут работа с ТРИЗ и морские шельфовые проекты.
«Будет больше проектов со сложными траекториями, большими длинами, там, где требуется вращение, скважины с аномально высокими пластовым давлением и температурами. Видим потенциал в технологии многоствольного заканчивания. Это очень важно с точки зрения оптимизации экономических затрат, потому что стоимость строительства скважин постоянно растёт, и многоствольные решения позволяют её оптимизировать.
С развитием ИИ очень важно интеллектуальное заканчивание. Работаем над созданием инструментов, которые дали бы возможность заказчикам, геологическим службам на другом уровне проводить мониторинг скважин, управлять, чтобы задействовать всю глубину горизонта», ― перечислил Михаил Володин.
Оживлённую дискуссию вызвали как раз решения с использованием ИИ. По словам исполнительного директора ООО «ТСС» Сергея Тютикова, сегодня уже есть технические возможности, чтобы обеспечить интеллектуальное заканчивание, правда, это будет стоить дорого. Однако в компании полагают, что за этой технологией будущее. ИИ не только найдёт своё применение на суперсложных скважинах офшорных проектов, но и получит массовое распространение, прогнозирует Михаил Володин.
Впрочем, сначала нужно преодолеть серьёзный барьер в виде нехватки данных. Нефтесервисные компании сетуют, что у них нет доступа к базам заказчиков. Отсюда предложение создать совместные рабочие группы по этой теме. Но здесь ВИНК уже не так открыты к диалогу, главная причина, конечно, ― вопросы безопасности.
«Сейчас все серверы находятся внутри компании, облачные решения сокращены. Понимаю, что инициатива хорошая, но благими намерениями вымощена дорога известно куда», ― прокомментировал предложение Филипп Бреднёв.
К тому же надо понимать, что цифровизация всех процессов в отрасли началась относительно недавно. Так что и у самих заказчиков зачастую нет необходимой информации. Можно сказать, что сейчас компании находятся на самом дорогостоящем этапе накопления нужных данных, которые затем следует «скормить» искусственному интеллекту. Поэтому, скорее всего, решение этого вопроса ― дело времени.
Текст: Андрей Халбашкеев.
Фото редакции PromoGroup Media.
